Книга Ветер, страница 63 – Лариса Мельникова

— Я, кажется, поняла! – взволнованно произнесла Эйр, привстав с подушки. – Меня отправили на Чёрную реку на день раньше! Они, видимо, хотели сохранить это в тайне, может, чего-то опасались. Я сидела в лодке лицом к корме, когда увидела птицу. То есть она летела с севера на юг. Вылетев с Серых скал, она полетела на юг над рекой, догоняя лодку. Скорее всего, она прилетела на Серые скалы в обычное время, не нашла меня и полетела искать. И так оказалась здесь.

Эйр была очень взволнована. У неё задрожали руки, поднялась температура. Врач сделал укол, дал Ашкару лекарства и рекомендации.

— Скоро она уснёт, пожалуйста, постарайтесь обеспечить ей покой. Не расспрашивайте пока. Я скоро опять приеду. Да, ещё возьмите, – он передал Ашкару конверт. – Это компенсация ваших расходов. Вождь распорядился передать вам – он держит ситуацию на контроле.

Ашкар растерянно стоял, глядя на конверт. Доктор пожал ему руку, попрощался и уехал.

Каждый день рано утром Эйр просыпалась от одного и того же запаха: на печи варились зерно и картофель для поросят. Она лежала, не открывая глаз, и вдыхала этот простой, приятный запах. Запах спокойствия, тихого домашнего счастья, – она его как будто физически ощущала и чувствовала его лечебный эффект. Тихо трещали дрова, время текло медленно, а под одеялом так тепло, уютно. Потом Эйр открывала глаза и тихонько наблюдала в щель между шторой и стеной, как Зоя хлопотала на кухне в свете печи и керосиновой лампы. Заметив, что Эйр проснулась, она помогала ей умыться, давала лекарства, обрабатывала раны и открывала штору. Только теперь эта шторка с вьюнками почти не закрывалась – все трое вместе ели, обсуждали планы, делились новостями, шутили, смеялись. По вечерам рассказывали сказки, разные истории, бывало, даже пели песни.

Однажды Ашкар поймал на охоте небольшого зайца.

— Вот это да! – обрадовалась Зоя. – Сегодня устроим пир! Давно мы мяском не баловались!

Зоя принесла с погреба полведра мелкой картошки и три огромных, толстых корня с утолщением на конце.

— Что это? – удивлённо спросила Эйр.

— Это – бурук! – Зоя торжественно взяла в руку корень. – Выглядит неприлично, да?

Эйр покраснела и промолчала.

— Иногда мы его называем коротко – бур.

Вот оно что! Эйр часто слышала, как Ашкар говорил что-то типа: «Да на бура он нужен!», «Санки, на бур, развалились», и теперь поняла смысл – это такое ругательство. С двойным смыслом.

— Это кормовая культура, – пояснила Зоя. – Обычно буром кормят скотину. Он безвкусный, пресный. Но в плохие годы и людям приходится это есть – картошки-то совсем мало. Мы сейчас их начистим, смешаем с картошкой, затушим с мясом, травок сушёных добавим, – ммм, как будет вкусно!

Зоя принесла Эйр миску с картошкой и дала нож – девушка очень радовалась, когда Зоя давала работу, – ей было важно чувствовать себя полезной. А сама Зоя ловко почистила и порезала буруки. Да, видок у них был, и правда, весьма своеобразный...

Сделав дела по хозяйству, Зоя брала рукоделие, усаживалась рядом, и девушки подолгу разговаривали – рассказывали друг другу о себе, о родителях, о детстве.

Выяснилось, что обе остались без матери в пятилетнем возрасте и росли с отцами, которых безмерно любили. Но в остальном их судьбы сильно отличалась: жизнь Зои с детства проходила в нищете и отчаянной борьбе за выживание. Смерть жены сильно подкосила Ашкара. Сколько Зоя себя помнила, ей приходилось заботиться об отце. Она рано научилась вести хозяйство, а как только выучилась писать и считать, полностью взяла на себя контроль семейных финансов, даже ухитрялась откладывать деньги втайне от отца. Если бы он об этом узнал, эти деньги сразу бы ушли либо на помощь друзьям, либо на покупку чего-то бессмысленного, либо, что уж скрывать, на горячительные напитки.