Книга Брак с Драконом: Почему это так Сложно?, страница 142 – Алекса Рид

Он поцеловал меня в лоб, и я почувствовала, как его губы дрожат.

— Ты справилась просто прекрасно. Ты была идеальной. Я не знал, что ты так умеешь.

Я улыбнулась, чувствуя, как внутри разливается тепло. Я сделала это. Я доставила ему удовольствие.

— Ты так много для меня делаешь, — сказала я. — Я хочу делать что-то для тебя.

Он снял полотенце, бросил на пол.

— Я сам постираю его, — сказал он, усмехаясь. — Не дам я такое стирать слугам. Они подумают, что я не справляюсь со своей женщиной.

Я засмеялась, чувствуя, как внутри разливается что-то тёплое. Он притянул меня к себе, снимая с меня ночную сорочку.

— Ты идиот, — сказала я.

— Ага.

Мы лежали голыми, прижавшись друг к другу, и я чувствовала, как его тело расслабляется в моих объятиях. Его кожа была тёплой, мягкой, и я чувствовала, как его сердце бьётся в унисон с моим.

— Спи, — сказал он. — Я буду рядом.

Глава 33 «Я знала — все будет хорошо.»

Мила

Солнце уже стояло высоко, когда я открыла глаза. Тёплый золотистый свет просачивался сквозь шторы, рисуя на потолке причудливые узоры. Я чувствовала, как его рука лежит на моей талии, как его дыхание касается моей шеи. Мы лежали голые, прижавшись друг к другу.

Я улыбнулась. Прошлая ночь была… невероятной. Я сделала это. Я доставила ему удовольствие. И он был счастлив. Но я хотела большего. Я хотела, чтобы он знал, что я — ему доверяю.

— Ты проснулась, — сказал он, и его голос был низким, сонным, но в нём чувствовалась улыбка.

— Ты тоже, — сказала я, поворачиваясь к нему.

Он смотрел на меня — его золотые глаза блестели в утреннем свете. Он был таким красивым, таким счастливым. Его волосы были растрёпаны, на щеке остался след от подушки.

— Я хочу тебе кое-что показать, — сказал он, и в его голосе появилась таинственность.

— Что? — я приподнялась на локте, чувствуя, как простыня соскальзывает с груди, обнажая её.

Он потянулся к тумбочке, открыл ящик и достал маленькую бархатную коробочку. Я замерла, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. Внутри меня всё сжалось от предвкушения.

— Клаус… — начала я, но он перебил.

— Открой, — сказал он, протягивая мне коробочку.

Я взяла её, чувствуя, как пальцы дрожат. Открыла. Внутри лежало кольцо — старинное, из тёмного серебра, с большим сапфиром в центре. Камень переливался в свете утра — тёмно-синий, глубокий, как океан. По бокам его окружали мелкие бриллианты, которые сверкали, как звёзды. Я никогда не видела ничего подобного.

— Это кольцо моей матери, — сказал он, и в его голосе появилась серьёзность. — Она передала его мне, когда я стал Владыкой. Сказала: «Отдай его той, кто станет твоей истинной парой. Той, кто будет с тобой до конца».

Я смотрела на кольцо, чувствуя, как слёзы подступают к горлу. Оно было не просто красивым — оно было символом. Символом того, что он выбрал меня. Что я стала частью его семьи.

— Клаус… — прошептала я, и голос сорвался.

— Я люблю тебя, Мила. С первого дня. С того самого момента, когда ты упала в меня с этим дурацким ковром. Я не знал тогда, что это любовь. Я думал, что это злость, раздражение, желание наказать тебя за то, что ты испортила мой камзол. Но это была любовь, я чувствую.

Я засмеялась, чувствуя, как слёзы текут по щекам.

— Ты тогда был таким злым, — сказала я. — Я думала, что ты меня убьёшь.