Книга Леди и Ведьма против всех, страница 76 – Тоня Рождественская

Вопросительно смотрю на свою призрачную подругу.

— Джессика, а точнее, как она себя тогда сокращала — Кики Моро, раньше ее фамилия звучала именно так. Этот платок должен был стать ее реквизитом в том самом спектакле.

Я перевожу взгляд на Люмиса, который наблюдает за нами с выражением скучающего зрителя.

— Ну а он? Какова тогда во всем этом его роль?

Джессика улыбается:

— О, а это самая интересная часть истории. Скажи ей, дорогой. Расскажи, кто ты на самом деле.

Люмис делает глубокий вдох и вдруг… меняется. Его осанка, выражение лица, даже голос — всё становится другим. Из аристократа он на глазах превращается в… кого-то совершенно другого.

— Меня зовут Томас Грей, — говорит он. — И я был актёром в том же театре, где работала Джессика. Никудышным актёром, если быть честным. Массовка, эпизодические роли — вот и всё, на что я мог рассчитывать. Но в том конфликте я поддержал нашу маленькую звезду, за что тоже получил весьма неприятные последствия.

Он нервно усмехается и проводит рукой по волосам — жест, совершенно не свойственный Эдварду Люмису, которого я знала.

— А потом случилось чудо. Я столкнулся с настоящим Эдвардом Люмисом. Он был пьян, бродил по улицам после какого-то приёма. И знаете, что самое удивительное? Он был похож на меня как две капли воды. Абсолютный двойник. Нас отличали буквально несколько незначительных штрихов, которые так легко можно было поправить…

— Это невозможно, — выдыхаю я.

— В мире много странных совпадений, дорогая, — вмешивается Джессика. — Но это было не просто совпадение. Это был шанс. Шанс изменить всё.

— Я не планировал его убивать, — продолжает Эдвард, точнее Томас. — Просто хотел… не знаю, может, попросить денег? Представиться дальним родственником? Тогда у меня еще не успел родиться план. Но он увидел меня, и его реакция… Он был в ужасе. Как будто увидел настоящего призрака. Он кричал что-то о семейном проклятии, о двойниках, которые появляются перед смертью. А потом попытался напасть на меня.

— И вы защищались, — догадываюсь я.

— Да. В драке он ударился головой о камень. Умер мгновенно. И тогда…

— Тогда вы решили занять его место, — заканчиваю я за него.

— Это была моя идея, — вмешивается Джессика, и ее голос звучит по-настоящему гордо. — Он был в панике, не знал, что делать. А я… я увидела возможность. Для нас обоих.

— Возможность?

— Именно. Ему нужно было всего-то играть свою роль. С деньгами и связями Эдварда Люмиса мы могли жить безбедно. Но Томас ничего не знал о жизни аристократов, как и о жизни самого Люмиса, так что ему пришлось на время уехать из города. Хорошо, что тот был достаточно импульсивным человеком, так что никто не удивился очередному взбалмошному решению ветренного господина. За несколько лет, которые он отсутствовал, общество успело немного позабыть Эдварда, чтобы, когда он появился вновь, не заметить некоторых незначительных различий.

— Неужели никто действительно не увидел разницу? Ну, ладно внешность, но привычки, повадки, манера речи?

— Люди меняются, моя дорогая, — пожимает плечами та. — Иногда так сильно, что их действительно невозможно узнать. Единственная, кто действительно мог испортить нам весь сценарий, была мать Люмиса, так что Томасу приходилось держаться от нее подальше. Но стоило только старухе почить, мы решили, что время наконец-то пришло.