Книга Из-под палочки, страница 120 – Юлия Жукова

Алиса уставилась на свои руки, сложенные на вышитой скатерти. Остаться одной было мечтой её жизни. Чтобы все от неё отцепились и перестали диктовать, как ей жить. Перестали претендовать на её время и внимание. Как можно хотеть наоборот? Даже представлять такое было дико.

Но и в Алисе было много такого, от чего другим становилось дико. Она только что швырнула в Ясеня тарелкой, а он даже не моргнул. Она припёрлась к нему в трёх платках с мокрой головой и свалилась в голодный обморок, а он… он переживал за неё вместо того, чтобы вызвать санитаров со смирительной рубашкой. И он сказал, что хочет быть ей хорошим мужем. Алиса даже не представляла себе, что это значит — быть мужем. А тем более, хорошим. Да ещё и ей! Разве так бывает? Разве у неё может быть хороший муж? Но полгода назад она не могла подумать, что у неё может быть собственный дом или интересная работа. Хороший муж — это же движение в том же направлении, так? Может, не так уж и невозможно? Охх, только если в это поверить, не слишком ли жадное желание она загадает золотой рыбке? Не проснётся ли Алиса у разбитого корыта?.. Она же всё-таки не настоящая сказочная царевна, а только морок, наведённый злым колдуном. Что если Ясень присмотрится поближе или палочкой потыкает? А она прозрачная…

Ясень смотрел на неё и чего-то ждал. Алиса осознала, что она уже давно молчит, а он ведь понятия не имеет, о чём она думает. В тот раз, после его прихода, она вернулась в спальню и обнаружила, что психолог всё ещё ждёт на линии, и потом они долго обсуждали, почему Алиса не сказала ничего по делу. Потому что никому никогда не было интересно, что она думает. Но Ясеню-то, наверное, интересно… Во всяком случае, психолог говорила, что так.

Алиса села прямее и откашлялась. В конце концов, что она может потерять? У неё и нет ничего. А Ясень вот не постеснялся ей о своих страхах рассказать.

— Я тоже боюсь, — сказала Алиса и глянула на Ясеня. Он напрягся. Она поспешила пояснить: — Только не родов. Я боюсь, что проснусь, а тебя никогда не было. Или… Или что ты разглядишь меня повнимательнее и не захочешь быть мне… никем. А я хочу быть для тебя хоть кем-нибудь. Так ведь можно?

Она не заметила, когда Ясень встал и обошёл стол, но вдруг он оказался очень близко — на коленях рядом с её креслом, и её рука в его руках.

— Можно! Боги, конечно можно! Тебе всё можно! — Каким-то образом её рука оказалась у него на щеке, и он целовал внутреннюю сторону её запястья. — Всё, что хочешь. Только не пугай меня так больше, умоляю!

— Не буду, — пообещала Алиса. — Но только ты меня тогда тоже не пугай. Не уезжай больше с планеты.

— Никуда я от тебя не уеду! — Он ткнулся лбом ей чуть выше колена. Алисе стало жарковато — и там, где он касался, и особенно лицу. — Ты же душу мою забрала! Я весь твой, весь. Только, пожалуйста, не выходи на мороз с мокрой головой, останься на ночь.

— Давай бояться вместе? — предложила Алиса, рискнув прикоснуться к его волосам. Он не исчез, не возмутился и не убежал. Значит, можно? Можно трогать, как хочется? Она погладила его пару раз по голове. — Говорят, вместе не так страшно. Если что, всегда можешь проверить, что я тут, живая. А я смогу проверить, что ты тут и не сбежал от меня.

Он фыркнул и встал, теперь обхватывая Алису вокруг плеч, оглаживая ей руки и спину, зарываясь лицом в волосы, как будто напрашиваясь на ласку. Алиса ещё раз рискнула его потрогать. Ещё пару раз, и она привыкнет!