Книга О князе и грязи, страница 28 – Юлия Жукова

Спустя неделю она снова заглянула в группу Мэй, надеясь поймать ту с поличным, но узнала, что она так и не появлялась.

Ютте вдруг стало не по себе. Хорошо, если девица просто нашла себе многообещающего кавалера, и необходимость дальше крутить хвостом в универе просто отпала. Но что если что-то случилось?..

Выработав достаточно тревожной энергии, чтобы перевернуть карьерный самосвал, Ютта употребила её всю на то, чтобы позвонить.

* * *

Одним из утомительных для Кира свойств проектной системы было то, что их полагалось представлять всему студенческому сообществу, и это нельзя было сделать удалённо. В последнюю пятницу каждого месяца студентов запускали в специальный выставочный зал, весь из стекла и полированного мрамора, утыканный интерактивными экранами. На экранах студенты открывали свои проекты, а потом попеременно — то торчали рядом, чтобы объяснять интересующимся, чего наваяли, то ходили рассматривать презентации соседей. Киру это всё сильно напоминало отцовские правительственные собрания, а то и судные дни. Стоять, как на витрине, собирая зрителей, он не любил, а задавать вопросы другим смущался. По проектной системе работали только вундеркинды, и они почти все знали, что он принц, а потому реагировали на него странно и часто неприятно.

Но гулять по рядам всё-таки приходилось, потому что потом полагалось писать отзывы на чужие проекты. Кир пристроился за спиной у какого-то паренька, задававшего кучу вопросов девушке из параллельной группы, и законспектировал ответы. Так было проще и ему, и девушке. Это был четвёртый проект в его списке, оставалось только ещё полчасика помаячить у своего стенда, и можно было идти. Кир решил прихватить горячий шоколад из автомата, прежде чем возвращаться на место.

Автомат стоял в коридоре сразу по выходе из зала, и пока шоколад лился в стакан, Кир заметил в конце коридора Париндру. Это было удачно — они почти не пересекались с той жуткой вечеринки. Конечно, если бы Киру было нужно что-то конкретное, он бы позвонил, но если Париндра нашёл себе много подработок, Кир не хотел его отвлекать просто ради того, чтобы посидеть вместе в парке. Ютта последнее время постоянно норовила слинять, стоило Киру приблизиться к её коврику, а ведь ему только начало казаться, что он не выбешивает её так, как в начале.

Кир не то чтобы успел на что-то понадеяться — в конце концов, он не обязан нравиться каждой девушке, тем более такой красивой, как Ютта. Но общаться по-прежнему было не с кем. Шэни прекрасно общались друг с другом, время от времени переходя на язык, которого Кир не знал, и у них было много друзей среди соотечественников в других группах, так что на переменах они чаще всего тусовались со своими. С эспажанцами Киру было не по пути, негритянка держалась особняком, а уж ареянки — тем более.

Да и временем заводить друзей в параллельных группах Кир не располагал. Мрзгва взялась за него так, будто ему предстояло единолично оперировать на мозге в конце года. Оно понятно, он пропустил месяц, да и читать материалы ему иногда было сложновато, если автор выражался позаковыристей. Но основная проблема заключалась в другом.

Проектная система была рассчитана на вундеркиндов. Пусть не в прямом смысле слова, но на людей, одарённых сильно выше среднего. Кир не жаловался на свои мозги, но он видел, с какой лёгкостью Шэни и Ютта решали задачи, которые ему самому приходилось мучить по паре часов, а то и дней. Он видел, как Мрзгва раздражалась, если он не мог что-то схватить на лету, хотя она и старалась этого не показывать. Да, Кир поступил по конкурсу, хотя теперь он уже сомневался, не накинули ли ему пару баллов тут и там, чтобы не обижать муданжского императора. Но даже если нет, он вполз на брюхе, в то время когда другие вундеркинды влетели с пируэтом. Кир по опыту знал, что бывает, когда ставишь себе планку на грани возможного. Он мог здесь учиться. Но какой ценой?