Книга Брошенная жена Альфы. Открыла приют для его незаконных детей, страница 84 – Юлий Люцифер

Финн нахмурился.

— Тогда моя не важная?

— Для доказательства того, что ты согласился, нет.

— А для доказательства, что Варен заставил?

Я улыбнулась.

— Вот для этого может быть очень важной.

Он немного подумал.

— Хорошо.

— Ты помнишь, где подписывал?

— В большом доме возле реестра.

— Комнату?

— На втором этаже. Окно на рынок.

— Мужчину с золотой цепочкой?

— Да.

— Если покажут изображения, узнаешь?

Финн сразу стал настороженным.

— Мне надо ехать туда?

— Нет. Можно пригласить человека сюда. Или показать бумаги.

Он расслабился.

— Тогда да.

Я встала.

— И замок собери.

— Сейчас.

У двери он спросил:

— Эйлин.

— Да?

— Вы правда проверяете все бумаги?

— Стараюсь.

— Даже если взрослый с печатью?

— Особенно если хочет забрать ребенка.

Финн кивнул с таким выражением, будто это правило достойно запоминания.

Я спустилась.

Кайр ждал в саду.

Не уехал.

Я увидела его через окно и вдруг поняла, насколько устала.

Не физически.

От постоянной необходимости быть собранной.

Разумной.

Готовой.

Все время следить, чтобы никто не решил за детей что-то еще.

Я вышла.

Кайр стоял возле рябины, где мы однажды уже сидели.

— Финн?

— Лучше.

— Ты?

Я усмехнулась.

— Хуже.

— Можно что-то сделать?

Я собиралась сказать нет.

Уже открыла рот.

Потом закрыла.

— Прогуляться.

Он чуть удивился.

— Все?

— Ты разочарован?

— Нет. Просто это первый раз, когда ты попросила меня о чем-то, не связанном с документами.

Я пожалела мгновенно.

— Могу отменить.

— Даже не думай.

Мы пошли по саду.

Медленно.

Без цели.

На дорожке лежали желтые листья. Кровельщики сегодня не работали, и после нескольких дней постоянного стука тишина казалась необычной.

Кайр шел рядом.

Не касался.

Я сама чувствовала расстояние.

Хотелось приблизиться.

Но разговор про Нессу все еще стоял между нами.

Не как стена.

Как незаконченная работа.

— Она пока не хочет тебя видеть? — спросила я.

— Утром позволила передать записку.

— Ответила?

— Одной фразой.

— Какой?

Кайр улыбнулся немного печально.

— «Я прочитала».

— Уже что-то.

— Да.

— Ты не просил ответа?

— Нет.

Я посмотрела на него.

— Хорошо.

— Перестань хвалить меня за нормальность.

— Ты сам просил.

— Уже жалею.

Мы дошли до старой скамьи.

Сели.

Я посмотрела на его руки.

Сегодня они лежали спокойно.

— Почему ты отозвал? — спросила я.

— Ты уже спрашивала.

— Тогда ответ был сразу после ссоры.

— А сейчас?

— Сейчас хочу понять глубже.

Кайр долго молчал.

— Потому что увидел, что собираюсь повторить с Нессой то, что ненавидел в истории ее исчезновения.

Я повернулась.

— В каком смысле?

— Кто-то одиннадцать лет назад решил, куда отправить ребенка, и не спросил никого из нашей семьи. Потом Дейрон решил дать ей свое имя, потому что считал это защитой. Я нашел ее и первым делом тоже решил, где ей будет лучше.

Он усмехнулся.

— Все мужчины в этой истории удивительно уверены в себе.

— Не только мужчины.

Кайр посмотрел.

— Ты?

Я кивнула.

— Я тоже могу однажды решить, что дети должны остаться здесь, потому что я их люблю.

— Ты уже любишь?

Вопрос застал врасплох.

Я посмотрела в сторону дома.

— Да.

Слово пришло легко.

Не одинаково.

Не так, как мать любит ребенка после многих лет.

Не так, как я когда-то представляла материнство.

Но любила.

Тома за его нелепые вопросы.

Лею за молчание и котят.

Финна за невозможную потребность разбирать все до последней пружины.