Книга Менеджер Нагибко, вы робот? - 5, страница 1 – Елизавета Шумская, Юлия Жукова

— Саша, но это бред! — я понимала, что меня не может потряхивать, но, хрять, меня потряхивало!!! Мозги мои бедные в жестянке точно потряхивало!

— Бред, — спокойно согласился Рогозин.

Мы сидели с ним в моей квартире, куда он пробирался, что тот ниндзя. А потом на пару со Скрепкой проверил каждый её сантиметр на предмет жучков.

— Да любой, кто хоть раз видел трудовой кодекс, скажет, что это бред! — продолжала я пытаться донести свою мысль. — Ты щелчком пальцев можешь доказать, что работал там! А то, что они договор потеряли — это их — их, «ЭкзоТеха»! — проблемы. Ты работал? Работал. Значит, всё, что они тебе наговорили — это бред! То есть не имеет никакого юридического основания.

— Ась, — Саша взял мои руки в свои, и мне захотелось выть, потому что я этого не чувствовала, — какая разница по какой причине меня уволили?

— В смысле какая? — опешила я.

— Они могли придумать какую-то подставу, найти косяк, уволить по несоответствию или устроить сокращение штата, да миллион причин. Да, это вышло бы чуть дольше. Да, любую из них можно было бы опровергнуть. Но пока Аркадий Петрович уверен, что Рыбьёшек нормальный, и пока у конкурентов есть деньги на эту атаку, проблема не решится. Если я сейчас буду заниматься борьбой за место, я просто не смогу уделить достаточное время поиску доказательств сговора.

— Но, Саш… — я запнулась, и он воспользовался этой заминкой, продолжив:

— Ася, я всё понимаю, выглядит это отвратительно. Будто я сдался, не стал бороться, не знаю простейших норм трудового права, что меня победили и прочее, прочее, прочее. Но это не так. Я продолжаю работать. На днях представлю Аркадию Петровичу план дальнейшей реформации, а потом займусь поиском доказательств нечестной конкурентной борьбы со всеми сопутствующими. Это будет эффективней.

Я могла понять эту логику. Могла. Но не хотела. Обида за Сашу и ярость переполняли меня. А ещё страх. Страх остаться без его прикрытия на работе и остаться без него в жизни… Когда я осознала это, то испугалась ещё больше. Всё же было хорошо: я вполне справлялась сама. Более того, кроме Саши, никто и не заподозрил меня ни в чём. А вот же… Но Розга — кризисный менеджер. Он должен не сидеть на месте, а искать проблему и способ её решения, а не нянчиться со мной. Почему-то от этого стало откровенно хреново.

— А как же люди? — тихо спросила я, пытаясь замаскировать рвущийся из меня вопрос «А как же я⁈» — Ты же многих нанял. От них же всех сейчас избавятся.

— Не избавятся, — Рогозин помотал головой для убедительности. — Я договорился на этот счёт с Аркадием Петровичем. Он проследит.

— Но эти козлы сами же сказали, что он не имеет право назначать людей.

Этот подлец только усмехнулся.

— Ась, это же Эрешкигаль. Да, где-нибудь на другой планете, где формализм и бюрократия уже сожрали всю жизнь, действительно могли быть проблемы с этим. Но не здесь. Тут достаточно звонка, чтобы человека взяли. А то, что нёс Рыбьёшек, — это игра на публику. Формально да, Аркадий Петрович не имеет права им приказывать. Однако все всё понимают.

— Тогда почему ты не воспользовался этим⁈ Один звонок — и все бы угомонились!

— Потому что это полностью бы меня раскрывало. Пока они не понимают, кто я на самом деле, более того, думают, что избавились от меня, они не подозревают, что охота идёт уже на них. А если бы подозревали, то быстро бы подчистили хвосты, и были бы куда осмотрительнее. В том числе максимально тщательно проверили бы покупку демогоргонов четвертых. Я тебя убедил?