Книга Что ты несёшь с собой. Часть 1, страница 162 – Юлия Жукова

Хорошо, отбросим на время версию, что это духи вещей. Что ещё я о них знала? Зеркалят. Сработало ткнуть мечом в землю. Зеркалят чаще всего духи растений. Меч в землю помогает от духов земли. Или… А что, если там были корни? Но у лиан нет корней, во всяком случае, глубоких.

Погодите, при чём тут лианы? Не все растения – лианы! Почему я вообще о них подумала? Потому что, когда во мне отразилась рана гиганта, в моём помутнённом сознании возникли образы лиан и спор. Конечно, это могло быть просто сном, бредом, сколько я тех лиан навидалась в последнее время! Но что, если я что-то неосознанно почуяла? Запах их, например? Я не могла вспомнить ничего внятного.

Я огляделась. Пока я плелась за Вачиравитом, мы успели оторваться от остальных, и теперь топали по тропинке меж двух рисовых полей с прицелом на горстку домов за ними. Река была уже близко. И тут я поняла, что не вижу ни одного дерева. То есть понятно, что на рисовых полях их нет. Из реки тоже не торчали, само собой. Но и вообще… Я прищурилась, рассматривая дома на другом берегу. Нет, какая-то зелень там была, может, даже деревца, но тоненькие и низенькие. А где же хоть одно священное?

В таких деревнях обычно на каждом знаковом месте стоит могучее священное дерево, увитое лентами и всякими украшениями, с маленьким жертвенником, устроенным между камней, где люди из соседних домов ставят чашечки с рисом и цветами, а по праздникам – фрукты и вино. Но я не видела ни одного.

Что, если духи священных деревьев обозлились и стали нападать на людей, а те в страхе их срубили? Для такого духа как раз в порядке вещей в отместку отобрать у человека ногу или руку, а то и родню выкосить. Именно поэтому с духами старых деревьев стараются договариваться миром при помощи подношений, а не взвода махарьятов.

Я ускорила шаг и тронула Вачиравита за руку. Он взвился так, словно и забыл уже, что не один.

— Это могут быть духи растений, – сказала я, когда он был готов читать по губам. – Смотри, здесь нет священных деревьев.

Он бросил быстрый взгляд на склоны и пожал плечами:

— У нас не принято почитать деревья. Ближе к Саваату – да, а тут нет.

— И давно? – удивилась я. Но он, конечно, не знал. Эх, надо было идти с Канавутом…

Однако интересно. Почитать деревья – самая обычная традиция, которая есть везде. Почему же здесь её нет? Саинкаеу настолько могущественный клан, что окрестным жителям не было нужды договариваться с древесными духами? Просто вызывали махарьятов чуть что… Но чашка риса в неделю и раз в год обновить ленты – это же намного дешевле, чем вызывать махарьятов, а тем более чем терять конечности и детей! Странно, что Саинкаеу сами не объяснили жителям, как себя вести, чтобы не накликать новые нападения.

От раздумий меня отвлекло подозрительное движение около одного из домов. Мы уже почти дошли до края поля, и теперь я могла различить соломенные амулеты, намотанные на колонны, а между ними что-то…

Пока я щурилась, Вачиравит дёрнул с места с мечом наголо. Я дёрнула за ним – придётся же втыкать меч в землю для этого дурака, сам-то не сообразит! Но Вачиравит оказался быстрее. Он свернул за угол, когда я ещё мчалась по дорожке. Откуда-то среди домов раздалось возмущённое кудахтанье. Я юркнула в проход, прыгнула через забор, едва не угодив в поилку для скота, потом ещё через один, ага, вот куры, я на верном пути! Слева послышалось блеяние, и я побежала туда, но там эта группа домов заканчивалась. Овец я заметила только ниже по склону, а за ними блестящие чёрные доспехи Вачиравита, несущегося к домам на сваях. Я оглянулась в надежде, что никого вокруг нет и можно сделать длинный прыжок, а то и на мече долететь, но как назло по улочке на другом берегу чесали Гам и Лек, тоже заметившие Вачиравита среди баранов.