Онлайн книга «Олень, фея и камень»
|
… – В его видениях были именно мы… – дрожащий голос Ивы. – Я не хочу терять друзей, – раздраженный – Златко… … – А нельзя уничтожить какой-то один камень или два-три? – Если разбить один камень, остальные просто распределят между собой его силу. Пока не уничтожим пятый камень, угроза не пройдет… … – Даже если все они скажут, что в ближайшие пару веков Тиану ждет мир и благолепие, я все равно пойду, – мягкая, спокойная, но порой такая упертая знахарка. – Я тоже, – непробиваемый Грым. – И я, – бескомпромиссная Дэй. – Да я и не спорю, что нужно идти, – Златко, уже решающий, как и что делать. – Я тоже пойду, – его собственный голос, его решение. – Если бегать от своей судьбы, она может обозлиться… …Алая ярость в глазах черной гаргульи. Она всем своим существом готовилась принять бой: девушку окружили странные, похожие на людей существа с выбеленными, снежными волосами и жуткими глазами без радужки. Их слишком много… …Огромная тень, накрывающая сзади тяжелую, обманчиво громоздкую фигуру. Злая заснеженная пустыня. Скалящийся, окровавленный Грым с обнаженным мечом падает на одно колено и качается даже в таком положении… …Злой ветер рвет светлые Ивины волосы, а сама девушка стоит посреди белой ледяной пустыни и смотрит в черную воду, бьющуюся о заснеженный берег. Ее щеки обмерзли, под глазами залегли почти черные от усталости круги, лицо осунулось, но во взгляде светится мрачная, отчаянная решимость… …Зеленый берег, туман и блеск на золотых волосах. Звон колокольчиков и длинные ветви прекрасных ив. Юноша падает на землю, еле уклоняясь от лезвий, соткавшихся из тумана. Они снова и снова бьют рядом с ним, и как ему удается спастись, совершенно неясно, ведь он всего лишь человек, пусть и самый лучший друг из возможных… Видения мелькали перед глазами, подбрасываемые то памятью, то воображением, то каким-то неожиданно прорезавшимся особым видением. Они все тогда, еще в Стонхэрме, решили, что пойдут в этот бой, победят или погибнут, но сделают все, чтобы остановить это безумие. И ребята не отступили. Он знал это так, будто видел собственными глазами. Возможно, умерли по пути к цели, но не отступили. И он не отступит. Меч по-прежнему не дрожал в руках, а Мирек все так же смотрел в его глаза. Нет, он не отведет взгляд. Он должен помнить… Клинок скользнул вперед, метя в сердце. Все, что Калли может, – это причинить как можно меньше боли. В следующее мгновение на площадке раздался оглушительный треск. Это развалился на две части огромный валун, стоящий в центре. Нутро у него оказалось гранитное. … – Я не хотел… – дрожащий голос Мирека. – Я думал… уйду из дома… ничего не случится… Ну правда… Я же шустрый… из всего выкручусь… Калли стоял совершенно прямо, держа вытянутый клинок перед собой, но ему казалось, он качается как саженец на ветру. В синих глазах застыло потрясение. Ровно такое же отразилось на лице того, другого. За секунду до этого клинок распорол рубаху на теле Мирека, но не коснулся кожи, так и остановившись вместе с коротким, решительным «нет». Нет. Он решил, что нет. И они оба замерли, пытаясь пережить произошедшее. А в это время за спиной Мирека на две части развалился гранитный валун. Прошла, наверное, вечность, когда Калли наконец задрожавшими руками опустил меч. Его острие жалобно звякнуло, уперевшись в камень площадки. Мирек тяжело выдохнул, потер грудь в том месте, в каком ее должен был пронзить эльфийский клинок, и оглянулся, с удивлением глядя на валун. |