Книга Пять дорог, страница 74 – Елизавета Шумская

— Куда же эти поганые крысы ее дели? – уже почти рычал боцман. Поиски затягивались, и мужчина начинал нервничать. Невольные зрители тоже.

Выдержка у моряка уже начала сдавать, и, очевидно, он попытался взять в себя в руки. Выпрямился, застыл, хмуря лоб и смотря куда-то вперед. Наблюдающие за этим зрители присели еще ниже. Мирек случайно зашуршал одеждой, но, к счастью, боцман не услышал, задумавшись, зато Калли и Марион посмотрели на паренька так, что странно, как тот не провалился на дно морское.

Через несколько минут размышлений, когда соблюдать эти вынужденные тишину и неподвижность стало совсем невыносимо (по крайней мере, для девушки и Мирека. Калли, не раз стоявший в лесной страже, спокойно ждал), моряк наконец-то повернулся и пошел в противоположную сторону от той, которую обыскивал. Троица нырнула за ящики. Свет факела, который боцман потащил за собой, теперь мог их выдать, например, отразиться в глазах, дать слишком странную тень.

О результатах поисков в новом месте гадать пришлось недолго. Скоро раздалось несколько слов весьма экспрессивной радости. Калли почувствовал, что у него краснеют уши. Даже Грым себе таких слов не позволял. Отчаянно захотелось извиниться перед Марион. А боцман тем времен выскочил из трюма.

— Быстро! – зашипел, пытаясь скрыть свое смущение, эльф. – Нужно перепрятаться.

— Думаешь, они нас увидят? – прошептала в ответ девушка.

— Понятия не имею, но нужно подстраховаться.

— Вы вообще поняли, что с нами произошло? – Марион хоть и спрашивала обоих, смотрела только на Светлого. Мирек даже не стал качать головой.

Трюм оказался на редкость большим. Нашлась тут и вполне удобная пирамида ящиков, на которую можно было взобраться и чувствовать себя относительно безопасно. По крайней мере, здесь не заметят, слишком далеко от места, где нашли фуйсу. И в принципе можно прорваться к выходу. Калли и Мирек хорошо видели в темноте, а Марион пришлось положиться на их суждение. Тем более времени выбирать не осталось.

Уже слышен был возрастающий шум на палубе. И он становился все ближе. Значит, они правильно просчитали – боцман возвращался, и не один.

Их оказалось пятеро. Капитан – солидный, похожий на купца человек. Высокий красивый полукровка (непонятно с кем, но эльфы там точно отметились. Темные) с нахальной ухмылкой и загорелым до черноты лицом. Еще двое матросов – человек и орк – и собственно сам боцман.

— Вот здесь! Узнаете?! – рычал последний. – Твой дружок прям перед отправкой притащил!

Обращался он к красивому полукровке. Тот даже не наклонился, хотя остальные подались вперед и с явным неодобрением уставились сначала на какой-то тюк, потом на полуэльфа, или кто он там был.

— Ты знал! – обличающе зарычал капитан. – Знал!

— Ну знал, – пожал тот плечами. – Должок был за мной. Пришлось взять.

— Ты в курсе, подо что ты нас, камбала неблагодарная, подвел?

— Это если бы нашли, – так же спокойно ответил полукровка. – Но мы же понимаем, что не нашли бы. Мы в Борставеле швартуемся. Там по ночам всегда Шмырь и Воня проверяют. Вы им чарку и на лапу, и они ничего не видят. Или думаете, я не знаю про двойные ящики?

— Ты посмотри, какой! – возмутился капитан. – Ты, что ли, Шмыря и Воню столько лет прикармливал, чтобы вот так пользоваться, а? Или, может, ты не слышал про королевских ловцов, которые только в прошлом месяце таких умников с десяток на кол посадили, а? И среди них Лоймана! Лоймана! Который пятнадцать лет по соседству швартовался! Ты думаешь, я на плаху за твой должок пойду?! Да я тебя сейчас самого!!!