Книга Конечно, свобода, страница 44 – Елизавета Шумская

После нескольких танцев с Шиасу и с другими партнерами Айлла со спутником вернулись за свой столик. Несмотря на множество мысленных вопросов о побеге, она все так же сияла радостью и посылала Ракхару благодарные улыбки.

— Может быть, кофе? Десерты? – демон уже понял, что имеет дело со сладкоежкой. Девушка покаянно засмеялась и кивнула.

Шиасу подозвал официанта, и через какое-то время Айлла увлеченно изучала меню.

— Ты меня закормишь, – посетовала она после заказа. – Третий десерт за день.

— С учетом, что первый ты отвергла после пары кусочков, то третий, который будет через сколько – час, два? – после второго, думаю, ты можешь себе позволить.

Айлла вспомнила праздник желудка на набережной и усмехнулась.

— Ты тоже любишь сладкое? – спросила она.

— До встречи с тобой любил куда меньше.

Девушка подняла брови, и Шиасу пояснил:

— Ты его так вкусно кушаешь…

Демоница расхохоталась.

Ракхар хотел что-то ответить, но на середину зала снова вышел тот сотрудник ресторана, который объявлял о танцах. Посетители невольно затаили дыхание: они уже поняли, что этого человека стоит слушать. Он вновь рассыпался в благодарностях и комплиментах, а потом представил гостям приглашенных певцов. Оказалось, это какие-то известные исполнители из театра. Им бурно аплодировали. Объявили, что они исполняли всего несколько песен, в основном арии из знаменитых постановок. Айлла радостно захлопала и умоляюще посмотрела на спутника. Он кивнул, соглашаясь задержаться еще на какое-то время.

Расы исполнителей суккуб не разобрала. То ли люди, то ли оборотни. Но пели они так, что сжималось сердце. Музыку, а уж тем более голос трудно передать словами, но, пожалуй, это самое сильное из искусств, что волнует душу. Одной песней можно добиться большего, чем целой книгой. Айлла как завороженная слушала певцов. Некоторые арии она знала, как и произведения, откуда они взяты. Смысл других в принципе угадывался. Но некоторые вещи оказались ей совершенно незнакомы. Например, вот одна, вызвавшая внутренний трепет и внешнюю улыбку. Девушка пела… наверное, о свободе, о праве выбора, о том, что теперь у нее есть силы самой решать за себя. Мужчина же, будто в насмешку, спрашивал ее – разве она видит кого-то, кроме него?

Айлла подозвала к себе официанта, больше никого из обслуживающего персонала в доступе не было.

— Что это за произведение? – тихо спросила она.

— Название, увы, не помню, но точно что-то из человеческого мира Земля. – несмотря на опасения девушки, бодро, хоть и на том же уровне громкости ответил молодой полуэльф.

— А! знаю такой! – почему-то обрадовалась Айлла. – Это супруг героини? – Кивнула она на певца, имея в виду роль, которую он исполнял.

— Нет. Это Смерть.

Суккуба недоуменно посмотрела на официанта.

— Аллегория смерти. В этом произведении авторы дали ей физическое воплощение. Реальный актер играет персонифицированную смерть, которая, вернее, который – это всегда мужчина – ходит всю жизнь главной героини с ней рядом.

— О как…

Оба собеседника и слушавший их Шиасу застыли.

Айлла сжала губы. Закончится ли ее сегодняшний вечер смертью? Или это будет как раз жизнь? Но она собиралась бороться. Глупо разбрасываться шансами, которые дает жизнь. Таллеас ее не бросил. Более того, хочет спасти. Ей всего лишь нужно задержать Шиасу на ночь на Перекрестке. И все – она свободна!