Книга Колючие дела Рози и Адама, страница 155 – Меган Баннен

— Не переживай, – вступилась Рози. – Даже если он теперь может, я-то…

— Уверена, Розочка?

— Ага.

— Как рука?

— Ноет.

— А синяк на бедре?

— Он… А вы откуда знаете?

— Я же богиня, солнышко. Издержки профессии. Кстати, о профессии – не могу не заметить, что ты залечиваешь раны куда медленнее, чем прежде. Интересно почему? – Матерь Горестей приложила костяшку пальца к алым губам и состроила театральную мину человека, погруженного в глубокое раздумье.

Адам встрепенулся.

— Рози теперь смертна?

— Что ж, бессмертие ей даровал бог, а этого бога больше нет с нами. Мне думается, он забрал его с собой. – Матерь Горестей нежно провела ладонями по рукам Рози. – Прими мои соболезнования, кстати. Его было нелегко любить, и все же мы любили его, не правда ли? Я бы посочувствовала тебе насчет смерти, но подозреваю, что для человека смертность – не такая уж беда.

— Я теперь могу умереть? – спросила Рози, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

— Да.

— Я умру?

— Непременно. – Матерь Горестей снова ласково потянула за расплетающуюся косу Рози. – Ну все, голубки, ступайте и живите долго и счастливо. Бывайте!

Она распахнула дверь. За порогом не было ничего – лишь белая пустота. Но прежде чем Рози или Адам успели задать еще хоть один вопрос, Матерь Горестей выпроводила их в великое неведомое.

Рози и Адам вышли на мощеную дорожку, по обе стороны которой тянулись клумбы с яркими однолетними цветами, и дверь за ними захлопнулась. Они обернулись на звук – и уставились на парадный вход «Драконьего гнезда». Рози дернула ручку, но дверь была заперта, что странно: они точно не запирали ее, когда уходили.

— Должно быть, сегодня горедень, – сказал Адам, постучав по табличке с расписанием работы «Драконьего гнезда». Напротив слова «горедень» значилось: «ЗАКРЫТО».

— Но…

Рози стояла перед дверью, растерянная и сбитая с толку.

— Думаю, с нашего отсутствия прошло немало времени, – мягко сказал ей Адам. – Посмотри вокруг.

Рози огляделась: желтые ивы, озеро, постройки Танрийского заповедника драконов… и ни единой ползучей лозы.

— Получилось. – По ее лицу расплылась широкая улыбка, когда радостная новость наконец дошла до нее. – Мы сделали это!

— И остались живы, – отозвался он – почти торжествующе, насколько это вообще было ему свойственно.

— Мы живы! И когда-нибудь умрем! – провозгласила Рози и, кружась, потащила Адама в пляс, вызвав у него смех. Потом резко остановилась: одна мысль мигом погасила радость. – Моя баржа!

— Это был шедевр. Можно ли винить богиню за то, что она ее украла?

— Нельзя, но все равно – ну и наглость!

Он обнял ее за талию.

— Куплю тебе другую, и это теперь будет нетрудно – похоже, нас не было достаточно долго, чтобы кто-то успел наладить порталы.

Рози окинула взглядом перемены вокруг: мощеные дороги и то, что, судя по всему, являлось парковкой; не танрийские цветы в оконных ящиках; огород; ресторан, явно работающий в обычном режиме.

— Боги, надеюсь, ты прав.

Над головой пролетели два дракона, приветствуя их радостными «мип-мип».

— Элоиза! Мэри Джорджина! И вам рады! – крикнула Рози, махая им вместе с Адамом.

До ближайших казарм было десять минут ходьбы – даже с больным бедром Рози, – но, когда они добрались, оказалось, что старое здание перестроено и расширено, а над входом красуется относительно новая вывеска: «Станция рейнджеров заповедника драконов». Больше всего поражала парковка сбоку, на которой стояли две автобаржи-вездехода. Стойла исчезли, но на их бывшем месте стоял эквимар. Жеребец мощно тряхнул головой и угрожающе фыркнул. Он заметно постарел, чешуя выцвела до бледно-лилового, но Рози хорошо знала этого нахала.