Книга Пышка не для Дракона, страница 157 – Лиссбет Котцова

Имя вслух закрепило всё окончательно.

— И, видимо, ещё несколько человек, – добавила она.

Северт посмотрел на нас.

— Что произошло?

— Потом, – сказал Риан.

Он произнёс слово почти так же, как я когда-то.

Северт поморщился.

— Все его любят.

Мираэль открыла сумку.

На стол легли записи.

Несколько схем узора.

Два тонких кристалла.

Запечатанный футляр.

Я сразу поняла, что она приехала не ради обычного отчёта.

— Нашли что-то?

— Да.

Мираэль посмотрела на Риана.

— Он знает?

— Теперь да, – сказала я.

Она кивнула.

Не удивилась.

Наверное, ожидала, что долго скрывать не получится.

Риан подошёл ближе.

— Я хочу услышать всё.

Мираэль посмотрела на меня.

Разрешение.

Я сказала:

— Говорите.

Она развернула первую схему.

— Раньше я могла подтвердить только несоответствие нынешнего душевного тона телесному узору Лиоры.

— Я знаю, – сказал Риан.

Голос был жёсткий.

— Теперь я повторно исследовала старые записи обследования, остаточное повреждение узора и несколько магических слоёв, которые раньше считали последствиями общего истощения.

Северт сел.

Каэр остался стоять.

Я тоже.

Мираэль продолжила:

— Это не последствие обычной перегрузки.

У меня похолодели пальцы.

Хотя я уже знала направление.

Знать и услышать подтверждение разные вещи.

— Что тогда? – спросил Риан.

— Насильственное воздействие на связку души и тела.

Никто не шевельнулся.

— Простыми словами, – потребовал он.

Мираэль не обиделась.

— Кто-то попытался отделить сознание Лиоры от её тела.

Риан побледнел.

Санна закрыла рот ладонью.

Каэр стал настолько неподвижным, что я сразу вспомнила день нашего первого разговора о Лиоре.

— Можно такое сделать? – спросил Риан.

— Законно нет.

— Я спросил не это.

— Теоретически да.

Мираэль положила палец на схему.

— Есть запрещённые техники воздействия на связку. Большинство почти гарантированно убивают человека.

— Какие?

Она задержалась.

— Одна из них называется Обрыв.

Слово прозвучало спокойно.

Очень коротко.

И ужасно.

— Это сделали с Лиорой? – спросил Риан.

— След соответствует насильственному разрушению связки.

— Да или нет?

— Я не буду утверждать больше, чем вижу.

Он сжал челюсть.

Мираэль продолжила:

— Но характер повреждения настолько близок к описаниям Обрыва, что я считаю эту версию основной.

Я опёрлась ладонью о стол.

Понадобилась физическая опора.

Лиору не просто хотели убить после обвинения.

Кто-то попытался уничтожить её сознание так, чтобы тело умерло вслед.

Официальная процедура.

Магическое обследование.

Я вспомнила седого врача в первой главе своей новой жизни.

Илара.

Его лицо.

То, как он побледнел, когда я открыла глаза.

Нет.

Рано.

Я не знала.

Пока это только воспоминание о человеке, который был рядом.

Не доказательство.

Я заставила себя не произносить имя.

Северт спросил:

— Можно установить время воздействия?

— Относительно.

— Относительно чего?

Мираэль посмотрела на меня.

— Нынешнего закрепления душевного тона.

Я перестала дышать.

Вот сейчас.

Риан тоже понял.

— Что было первым?

Мираэль ответила без паузы:

— Разрушение старой связки.

Он побледнел.

— А потом?

— Потом закрепление нынешнего душевного тона.

Тишина стала полной.

Даже звуки двора будто исчезли.

Риан смотрел на Мираэль.

— Скажите нормально.

Она сказала.

— Вера появилась в теле после того, как связь Лиоры с ним уже была разрушена.