Книга Пышка не для Дракона, страница 247 – Лиссбет Котцова

Председательствующий слегка прищурился.

— Объясните.

— Я почти не располагаю надёжными личными воспоминаниями Лиоры о тех событиях.

Это было частью официальной медицинской версии.

Глубокое изменение памяти после магического повреждения.

Не Земля.

— Поэтому прошу суд не считать мои нынешние убеждения доказательством её мотивов.

Каэр поднял голову.

Северт смотрел спокойно.

Лавена, находившаяся среди представителей короны, почти не изменилась в лице.

Я продолжила:

— Важнее, когда Лиора начала искать расхождения. Куда направляла запросы. Что получил Норрен. Что нашёл Элмар. Когда произошла диверсия. И что сделали с Лиорой после обвинения.

Судья несколько секунд смотрел.

— Садитесь.

Я села.

Руки дрожали.

Незаметно.

Почти.

Санна заметила.

Конечно.

Она вообще замечала вещи, существование которых я предпочитала отрицать.

После перерыва разбирали поддельное распоряжение Астенов.

Здесь Риан выступал лично.

Я боялась за него больше, чем он сам.

Наверное, потому что знала, сколько вины он уже носил.

За то, что не поверил сестре.

За последний разговор.

За доверие к старым служащим.

За управление системой, через которую проходили чужие преступления.

Сегодня ему пришлось сказать это вслух.

Не всё.

Только факты.

— Часть спорных маршрутов находилась в моей зоне ответственности, – сказал Риан.

Голос ровный.

— Я имел право доступа к соответствующим документам.

Представитель обвинения спросил:

— Следовательно, могли оформить спорное распоряжение?

— Теоретически да.

Я почти перестала дышать.

Риан продолжил:

— Но не оформлял.

Дальше пошла регистрация.

Старый порядок.

Новый порядок.

Две реальные исключительные ситуации.

Спорный документ под исключение не попадал.

И главное.

Регистрационный номер.

Тот самый номер уже принадлежал другому документу.

Обычному разрешению на перевозку хозяйственного металла в тот же день.

— Может ли номер быть выдан дважды? – спросил судья.

— При нормальной работе системы нет.

— А при ошибке?

Риан помолчал.

— Может.

Хорошо.

Не защищается любой ценой.

— Были подобные ошибки?

— В старых книгах несколько раз.

— В рассматриваемый период?

— Мы не нашли.

— Значит, исключить ошибку полностью нельзя.

— Нельзя.

Я закрыла глаза на секунду.

Морвей любил именно такие щели.

Нельзя исключить.

Не доказано абсолютно.

Возможно другое объяснение.

Потом выступил эксперт по печати.

И щель стала уже.

Печать была настоящего типа.

Но использована с матрицы, к которой имел доступ более широкий круг служащих, чем предполагалось в первоначальном расследовании.

Не доказательство невиновности Лиоры.

Но уже не «только она могла».

Потом Норрен.

Его показания зачитывали по заверенной записи.

Он признавал, что знал о запросах Лиоры.

Что перенаправлял проверки.

Что через сеть получал указания о корректировке отдельных документов.

Что после диверсии видел, как поддельное распоряжение Астенов вошло в дело.

— Вы знали, что оно поддельное?

Дальше шёл его ответ:

«Подозревал».

— Почему не сообщил?

«Потому что тогда пришлось бы объяснить собственное участие».

Тишина.

Простая человеческая трусость.

Сколько всего на ней держится.

Не гениальный заговор.

Человек просто решил спасать себя.

И ещё один.

И ещё.

Пока одна женщина не оказалась виновной за всех.

Самым тяжёлым стал магический след.