Книга Тайный ребёнок от Космического Босса, страница 59 – Кира Иствуд, Хэля Хармон

Не может быть.

Это невозможно.

Атлантианец и шиарийка не могут иметь детей. Это факт, зафиксированный на всех официальных ресурсах. Скучный. Давно всем известный. Аксиома. Исключения настолько редки, что их можно отнести к погрешности, подтверждающей правило. Да и кто их видел – конкретно – эти исключения?! Ни одного задокументированного случая среди ныне живущих! Я бы знал!

Но Диана не врала. Я считывал это по её мимике. По частоте дыхания. По зрачкам, что расширились от ужаса. По невербалике золотистого хвоста, которую интуитивно понимал – почти как мимику моей шиарийки.

В голове начали складываться факты, будто разрозненные кусочки пазла. Каждая деталь, которую я игнорировал, вылезала на поверхность.

Лицо Арона.

Его мимика и пластика.

Его пси-спектр, который даже мой отец отметил как “редкий” для шиарийца.

Его возраст. И огромный интерес ко всему атлантианскому.

Та ночь четыре года назад, когда я проснулся с головной болью и смутным воспоминанием о вкусе кожи Ди…

Бегство Дианы.

Её затаённый страх. Странные осторожные вопросы про детей.

Нежелание знакомить с сыном.

Всё.

Каждый кусочек пазла встал на место, и картина стала совершенно очевидной. Прозрачной.

Арон — мой сын.

Осознание накрыло меня, как волна кипящей лавы.

Я смотрел на Диану, будто видел впервые. Её лицо было белее снега, губы дрожали, а в глазах застыл ужас — из-за того, что она, наконец, сказала правду вслух. Она, очевидно, боялась... Боялась мне сказать. Почему? Из-за тех моих слов? Когда я заявил, что дети — не для меня?

Но я же был уверен, что у нас не может быть детей. И не хотел, чтобы из-за генетической несовместимости она отказалась быть моей парой.

Но, очевидно, подобрал не те слова. Не в том порядке. Не верным тоном.

Диана поняла меня неправильно…

Кроме того… тогда она уже была беременна. Восприняла острее. И приняла решение за нас двоих.

Внутри всё кипело — отдельную эмоцию было выделить невозможно — меня поглотил первобытный, неслыханный для атлантианца хаос. Радость, которая рвала грудь на части, смешалась с гневом и болью от осознания: четыре года. Четыре проклятых года – меня не было рядом.

А Ди так смотрит… будто жалеет, что произнесла правду вслух.

— Я... я не знала, как сказать! — голос Дианы дрожал. — Ты же говорил, что дети — это не для тебя! Что карьера важнее всего!

Меня снова накрыло волной эмоций, с которой я не знал как справиться. Виски заломило. Сильнее всего я желал объяснить Диане, как на самом деле к ней отношусь. Как мне жаль тех потерянных лет. Как сильно я хочу, чтобы мы больше не потеряли ни секунды… Но слов для этого просто не существовало ни в одном из языков.

Так что я решил объяснить иначе.

И двинулся к ней.

* * *

Диана

Губы Эльзаса накрыли мои с силой, которая заставила меня задохнуться. Его язык прорвался сквозь барьер моих губ, требовательно, почти грубо.

Не было мягкости, не было осторожности — только жар его рта и резкий вкус кофе с мятой, смешанный с чем-то диким, первобытным. Его халат был чуть распахнут, и я ощущала жар его груди сквозь ткань своей рубашки. Его руки сжимали меня с таким неистовым отчаянием, словно если он отпустит меня – задохнётся.

— Ты… — прохрипел Эльзас, отрываясь на миг, обжигая дыханием мои губы. — Ты с ума меня сведёшь, Ди!