Книга Огонь и Лёд в Академии магии, страница 101 – Наталья Маслова

У меня защипало в глазах. Я сморгнула, прогоняя слёзы – нельзя, нельзя сейчас плакать. Я же Ледяная Язва, я сильная и упрямая...

— Я, Роксана Валь, клянусь тебе, Кай Валерон, – ответила я, стараясь, чтобы голос не дрожал. – Быть твоей верной спутницей. Быть твоим другом и соратником. Делить с тобой всё, что пошлют нам боги. Я клянусь любить тебя всегда. Пока во мне есть сила. Пока бьётся моё сердце. И даже когда оно остановится – моя душа будет помнить тебя.

Голос дрогнул на последних словах, но я договорила. Договорила, глядя в его золотые глаза, в которых сейчас отражалось всё моё счастье.

Кай сжал мои руки крепче. Я чувствовала, как дрожат его пальцы. Он тоже волновался, мой сильный, несгибаемый дракон.

— Кольца, – напомнил жрец, и голос его показался мне далёким, словно из другого мира.

Тарин метнулась вперёд с подушечкой в руках. На ней лежали два кольца – серебряное, с голубым сапфиром, и золотое, с рубином. Лёд и пламя.

— Лёд и пламя, – шепнула подруга, сверкнув глазами, и я увидела, что по её щекам текут слёзы, которые она даже не пытается скрыть.

Я взяла золотое кольцо. Оно было тёплым на ощупь, словно впитало в себя саму суть Кая. Я надела его на его палец – осторожно, бережно, словно совершала самый важный ритуал в своей жизни.

Кай взял серебряное кольцо. Его пальцы чуть дрогнули, когда он надевал его на мой палец, и я поняла: он тоже помнит, как когда-то я была ледяной статуей, как он отогревал меня. Теперь лёд и пламя навсегда соединены.

— Объявляю вас мужем и женой, – торжественно произнёс жрец, и его звучный голос разнёсся под сводами часовни. – Кай Валерон, теперь вы можете поцеловать невесту.

Кай шагнул ко мне. Одним движением обнял за талию, притянул к себе и поцеловал. Долго, нежно, так, что у меня подкосились ноги, и пришлось ухватиться за его плечи, чтобы не упасть.

Где-то сзади засвистели, захлопали, закричали: «Горько!». Таринн что-то улюлюкал, Элира сдержанно улыбалась, а Каэл топал ногами и орал громче всех:

— Тётю Роксану поцеловали! Тётю Роксану поцеловали!

Когда мы оторвались друг от друга, я была красная как маков цвет. Щёки горели, сердце колотилось где-то в горле, но я улыбалась – широко, счастливо, глупо.

— Я люблю тебя, – сказал Кай одними губами.

— Я тебя тоже, – ответила я, и это было самой главной правдой в моей жизни.

После обряда был небольшой праздник в чайной у Магды.

Старушка расстаралась – столы ломились от угощений. Пирожки горами возвышались на блюдах, рядом дымились мясные пироги, фрукты, сыры, какие-то невероятные закуски. А в центре красовался огромный торт, украшенный ледяными и огненными узорами – точная копия наших колец.

— Это вам, детки, – прослезилась Магда, вытирая глаза фартуком. – Живите долго и счастливо.

Я обняла её, чувствуя, как ком подступает к горлу.

— Спасибо, Магда. За всё. За поддержку, за пирожки... За то, что ты была рядом, когда мне было одиноко.

— Иди уже, – отмахнулась она, шмыгая носом. – Вон жених заскучал без тебя.

Кай и правда стоял в стороне, разговаривал с Гаррэтом, но то и дело поглядывал в мою сторону. Я поймала его взгляд и улыбнулась.

Ко мне подлетела Тарин – раскрасневшаяся, с бокалом ягодного компота в руке и пирожком в другой.

— Рокс! Это было прекрасно! Я чуть не разревелась, когда вы клятвы говорили!