Книга Огонь и Лёд в Академии магии, страница 49 – Наталья Маслова

Когда за окном начало сереть, я сдалась.

Села на койке, обхватила колени руками и уставилась в стену.

Мысли текли медленно, тягуче, как патока.

Он дракон. Я человек. У него есть невеста. У меня есть сестра, которую чуть не угробила такая же любовь к дракону. У нас нет будущего. Даже настоящего нет. Есть только взгляды, случайные касания, недосказанные фразы.

И от этого всего хотелось выть.

— Рокс? – голос Тарин прозвучал с нотками искренней заботы. – Ты чего не спишь?

Я дёрнула плечом.

— Сплю.

— Ага, – подруга тут же насела на меня. – Рассказывай.

— Нечего рассказывать.

— Ну да, – Тарин помолчала. – Я же вижу, как ты на него смотришь, а он на тебя.

Я резко повернулась и проворчала:

— Он никак на меня не смотрит. Он капитан. У него есть невеста.

— Угу, – Тарин тут же наябедничала. – Только невеста эта уже неделю спит отдельно. Разговаривают они только по делу. Это на тебя он смотрит так, будто ты...

— Замолчи, – мой голос предательски дрогнул. – Пожалуйста, замолчи.

Тарин замолчала, переваривая оглушительную новость. Только я почему-то была уверена, что она никому нас с Каем не выдаст.

Мы сидели в темноте, и я чувствовала, как внутри всё дрожит. От усталости, страха и того, что его слова слишком похожи на правду.

— Ты только не наделай глупостей, – сказала она наконец. – Ладно?

— Каких глупостей?

— Не знаю, – драконица тяжело вздохнула. – Бежать куда-нибудь. Или наоборот – кидаться ему на шею. Всё это кончится плохо, если не думать головой.

— Я и не собиралась.

— Вот и славно, подруга, – Тарин заворочалась, поудобнее устраиваясь на своей койке, и коротко проронила. – Спи давай. Завтра снова тренировка.

Только сон всё не шёл. Оставалось смотреть в стену, считать удары сердца и думать об одном.

Он сказал: «Просто Кай».

И я знала, что это имя теперь будет жечь меня изнутри. Каждый день. Каждую ночь. Пока не сожжёт дотла.

А может, уже жжёт.

Я закрыла глаза и провалилась в тяжёлую темноту без сновидений.

Глава 17

Утро прокралось в комнату серым, болезненным светом.

Я лежала с открытыми глазами и смотрела в потолок. Голова гудела так, будто по ней ночью потопталась стая тех самых тварей из Трещины. Тело ломило, веки слипались, но сна не было ни в одном глазу.

— Ты чего? – сонно пробормотала Тарин с соседней койки. – Всю ночь ворочалась.

— Спала, – хрипло ответила я.

— Врёшь.

Я промолчала. Спорить не было сил.

Ставшая мне подругой в «Академии Валерона» драконица приподнялась на локте, всмотрелась в моё лицо и вздохнула.

— Всё из-за него?

— Нет.

— Ага. – Она фыркнула. – Я же вижу, Рокс. Ты сама не своя.

Я села, свесила ноги с койки и уставилась в пол. Деревянные половицы казались бесконечно интересными.

— Тарин, – сказала тихо. – Ты никому не расскажешь?

— О чём?

— О том, что видишь.

Она помолчала, потом ответила серьёзно:

— Никому. Обещаю.

Я кивнула и побрела приводить себя в порядок.

В общей помывочной плеснула ледяной водой в лицо и долго смотрела на своё отражение. Девушка с тёмными кругами под глазами смотрела на меня с немым вопросом: «И что ты собираешься делать?»

Я не знала.

После завтрака Кай объявил, что сегодня боевой отряд уходит в Трещину на трое суток. Я в него не вхожу – слишком зелёная для таких вылазок. Остаюсь в Академии с остальными адептами и Бертрамом.