Книга Перерожденные, страница 137 – Дана Данберг

Но там вообще хитрая система: человек, берущий в руки кинжал в первый раз и заранее не отключивший эту печать, подключает ее автоматически при первом же применении оружия. А для того, чтобы оно работало, его надо напитать эфиром. То есть, только человек применяют магию и все, он попался. Если не знает о ловушке заранее, конечно.

В связи с этим непонятно почему Катя так истово захотела кинжал, когда только его увидела, но мы с этим пока не разобрались. Главное то, что если отключить ментальный контур, то это ненормальное желание полностью пропадает.

Честно говоря, опасная игрушка. И мы решили ее к себе не привязывать, даже более того, Катя сделала для нее тайник из своих корней и спрятала под землю рядом со входом в дом. Неглубоко, чтобы я тоже мог его достать, но и не настолько близко к поверхности, что его смог бы найти какой-нибудь случайно проходящий рядом сильный маг. Да, мы все еще думали, что дело в силе дара.

Тем не менее, был в этой возне с кинжалом и весомый плюс: Катя заметно прокачала свои знания по рунной артефакторике этого мира. Раньше она больше занималась теоретическими дисциплинами, необходимыми для поступления, а на курсах они учились делать достаточно простые и ходовые печати. В ходе же этой истории жене нужно было найти нужные знаки, а значит, она перелопатила кучу книг и начала лучше понимать, как тут все работает.

Мне же было сложнее, я окончательно понял, что артефакторика — это не мое. Да, важное, да, нужное, но того, что я уже знаю, достаточно для комфортной жизни, а в рунистику я лезть, пожалуй, все же не буду. Есть у меня опасения на этот счет.

Это жена у меня была гением, недаром получила первостихию Порядка, а я-то обычный вояка. Не тупой, конечно, снайперам вообще надо уметь хорошо и быстро считать, но рунная артефакторика этого мира, да и того тоже, это не так уж просто. И мне, честно говоря, не очень хочется в это все вникать.

Катя отнеслась с пониманием и не стала настаивать. Все так же по вечерам приносила конспекты по общим дисциплинам, но чуть меньше. Теперь я знал, что она минимум пару часов в день тратит на свое новое увлечение.

— Знаешь, я тут подумала, что мне надо все же поступать на артефактное направление, — как-то сказала она.

— Ты уверена? Сама же говорила, что там так учат, что просто в лавку ты потом не устроишься, либо на военное предприятие, либо в какой-то научный центр.

— Ну ты про предприятия и центры преувеличиваешь, конечно, — хмыкнула та. — Тут средневековье, все же. Но знаешь, я подумала, что из меня выйдет неплохой ученый и преподаватель. Да и не мешает это нам свою лавку потом открыть.

— Точно не мешает?

— Нет, я читала законы. А более того, у нашего преподавателя по артефакторике, например, есть свой бизнес. Не лавка прямо лавка, но он делает артефакты на заказ для богачей. Работает с одним талантливым ювелиром, вот они вместе и воздают украшения для знати. Кстати, не так давно он получил баронский титул за заслуги, так сказать, перед отечеством.

— М-да, такие себе заслуги, — хмыкнул я. Берер, например, прослужил верой и правдой двадцать лет, больше десяти из них командиром на разных должностях, но титула так и не получил. И за службу в страже не получит.

— Связи среди знати и не такое делают. Кстати, он обещал самым талантливым студентам, одному-двум, рекомендации в лучшие лавки столицы. Я надеюсь их получить.