Книга Отложенная беременность, или Любовь после смерти, страница 42 – Татьяна Михаль

Сказать по правде, за ребёнка я не переживал. Только за Нику.

Но эти мои мысли ей незачем знать.

Вернулась мама и сказала:

— Доктор сам лично к нам приедет. Сосед трубку не взял, и я дозвонилась до больницы.

Ника возмущённо вздохнула, но возражать не стала.

— Я принесу завтрак сюда, – сказал и направился на кухню.

— Сынок, я тебе помогу.

* * *

Ника

Рано утром Илья Алексеевич повёз меня и Макса в город к моему доктору.

Врач, что приходил вчера, долго хмурил брови, осматривая меня и ничего толкового не сказал. Измерил давление и покачал головой в укоризненном жесте. Давление у меня немного понизилось, но совсем немного.

Пожав плечами, доктор сказал, что мне нужно сделать УЗИ, сдать контрольные анализы и лишь тогда можно будет сказать, почему я упала в обморок.

Но скорее всего, всё со мной в порядке, просто немного переутомилась.

Это я и без него знала.

Оставшийся день прошёл в суете вокруг моей скромной персоны. В результате, я попросила всех, даже Макса, оставить меня в покое.

Проспала я до самого утра. Но когда проснулась…

Моя постель была мокрой.

Я в страхе откинула одеяло и едва не завизжала, когда увидела кровь. Много крови!

Моё сердце едва не остановилось.

Но не сам вид крови меня напугал.

Собрав себя в кулак, согнувшись от боли в животе, глотая слёзы, я вышла в коридор и позвала… Макса.

Сборы были моментальными.

Анна Сергеевна причитала и молилась, чтобы мой ребёночек остался жив.

Макс был хмурым и молчаливым, как и Илья Алексеевич.

Оба действовали быстро и слаженно, словно каждый день увозят за многие километры беременных женщин с осложнениями.

Я ехала в машине и смотрела перед собой.

Слёзы высохли, но страх, точнее ужас, никуда не делся.

Я молилась про себя, чтобы моё маленькое чудо осталось со мной.

«Господи, пожалуйста…»

И пока мы ехали в город, я успела перебрать в памяти все варианты, которые могли со мной произойти. И все они были безрадостными.

В клинике меня уже ждали.

Мой лечащий врач отменила других пациенток и ждала моего приезда.

Пока я с ней говорила, она несколько раз повторила, что всё будет хорошо.

Я сама медик и знаю, что кровотечение на небольшом сроке – это очень и очень плохо.

В груди зарождалась боль. Если я потеряю своего малыша – для меня это станет трагедией ничуть не меньшей, когда пропал Макс.

Но я до последнего старалась убедить себя, что судьба не может быть со мной такой жестокой и послать новый удар в виде потери малыша.

Это будет слишком…

Дорога показалась мне бесконечной…

Время ускользало, как песок сквозь пальцы…

И когда мы доехали до клиники, мой страх лишь усилился.

Страх узнать, что я потеряла ребёнка.

На ватных ногах, с бешено колотящимся сердцем, я направилась в клинику.

Илья Алексеевич помогал Максу выбраться из машины и сесть в кресло.

Они догонят.

Мой лечащий врач встретила меня у регистратуры.

— Вероника Игоревна, на вас лица нет. Скорее пойдёмте.

— Мне страшно… – сказала одними губами и естественно, меня никто не услышал.

* * *

— Как предлежащая плацента? – опешила я, услышав страшную новость.

Макс находился рядом и попросил объяснений.

— Что такое предлежащая беременность? Это опасно для жизни Ники?

Я сглотнула образовавшийся в горле горький ком.

У меня был ещё совсем небольшой срок и с таким диагнозом выносить ребёнка будет очень сложно!