Книга Отложенная беременность, или Любовь после смерти, страница 55 – Татьяна Михаль

— Я твой муж, Ника. И отец Льва. И не брошу вас. Не потому, что так принято, а потому, что действительно хочу быть с тобой и сыном. Хочу начать заново. Знаешь, а я ведь продолжаю верить, что вспомню.

— Я тоже верю…

Потом она усмехнулась и сказала:

— Теперь моё признание, раз уж у нас день откровений.

— Я весь во внимании, жена.

Ника повела плечами.

— Непривычно снова слышать это слово…

— Скоро привыкнешь, – дал я слово. – Так что за признания?

Она пожевала нижнюю губу, потом вздохнула, собравшись с силами и заговорила:

— Всю беременность я молилась, чтобы ты вспомнил меня. А если и не вспомнил, то просто бы поверил мне и принял ребёнка, но потом у меня в голове возникло столько мыслей… Я думала, что ты какое-то время будешь с нами рядом, но ребёнок это ведь не просто, Макс. Я думала, что ты не выдержишь и оставишь нас. А потом, я представила, как мой сын подрастёт, и ты захочешь его видеть. Думала, что нам нужно будет решить, когда вы будете видеться с сыном. Одним словом, я морально готовилась стать матерью-одиночкой, планировала вернуться… в нашу с тобой квартиру… без тебя…

Она замолчала.

А я был обескуражен.

Вот так мы и прожили бок о бок всю её беременность в сомнениях, догадках, страхах, эгоизме. Улыбались, шутили, говорили о совместном будущем, но оба не верили в эти слова.

Пока не родился Лев.

— Однако… – пробормотал я, не зная, что сказать.

— Как то так, – улыбнулась она криво.

— Но ведь сейчас ты так не думаешь, правда? – спросил Нику, желая убедиться, что она выбросила те дурные мысли и планы и головы.

— Я… думаю, что нам можно попробовать… – ответила она осторожно.

Мне не понравился этот настрой.

— Ника, поверь мне. Просто доверься, отпусти себя, разожми кулак, в который ты себя собрала, чтобы жить дальше после моего исчезновения и ради нашего сына. Хватит быть сильной. Отдай свою ношу мне, милая.

— Милая? – зацепилась она за последнее слово и посмотрела на мои губы.

Она без кокетства облизнула свои губы, и добавила:

— Ты любил меня так называть, Макс… «Милая».

— Что ещё раз подтверждает, что мы муж и жена. Так что хватит, сомнений, Ника. Раньше ты меня тянула на себе. Носила под сердцем моего ребёнка. И хочешь дальше надрываться? Но я тебе этого не позволю. Расслабься и просто будь со мной.

По её щеке вдруг сорвалась слеза.

— Макс… – произнесла Ника таким голосом, словно впервые увидела. – Это ты…

— Конечно, это я, – сказал твёрдо.

Лев вдруг пошевелился у меня на руках и громко засопел.

Ника тут же поднялась с кресла и потянулась к ребёнку.

— Мой львёнок хочет есть.

Я поднёс ей ребёнка и с наслаждением смотрел, как мой сын ест.

Будущее невозможно угадать, но построить счастливое настоящее в наших силах.

* * *

Два месяца спустя

Ника

На последнем осмотре, мой гинеколог сказала, что я могу вернуться к обычной сексуальной активности.

В ответ я лишь слабо улыбнулась.

Да уж… Мы хоть и начали с чистого листа, но об интиме разговор не заводили. Всё равно между мной и Маком была какая-то преграда, которая не позволяла нам полностью отдаться друг другу, как было когда-то. Всему виной его амнезия и моя послеродовая, хоть и неглубокая, но депрессия. Но, слава Богу, последняя уже сошла на нет, и все мои нерадужные мысли, вьющиеся вокруг наших отношений, наконец, исчезли.