Книга Падение Диссы, страница 95 – Олег Ткач

— Тан Орбиз! – засмеялась Селисса, все еще не слыша собственного голоса. – Неужели мне хоть с чем-то повезло! Даже руки марать не пришлось.

Стараясь не упасть, девушка направилась к противоположному скату крыши, выходившему к развалинам маяка. Удар разметал остатки башни, на месте которой теперь дымилась внушительная воронка. Эти осколки изрешетили людей и дома на площади. Больше всех пострадали те, кто стоял в первых рядах. Но ни курсорус, ни генерал не пострадали. Напротив, эти двое громко отдавали приказы выжившим. Они оба с беспокойством постоянно оглядывались на воронку, словно ожидая еще неприятных сюрпризов. И те не заставили себя долго ждать.

Селисса среагировала молниеносно. Она выкинула вперед защитное заклинание, даже не задумываясь, что ей не на кого перекинуть магический откат. Зрение и слух обострились до невероятного уровня. А в следующий миг на край воронки легла человеческая рука.

— Смертная тварь!

В голове Тилиуса словно чугунный молот ударил в огромный колокол. Чернота перед глазами взорвалась ослепительной вспышкой, такой обжигающе-яркой, что курсор хотел закричать от боли. Он и закричал, но не услышал себя. Свет сменился тьмой, оставляя после себя плывущие круги. Тилиус, совершенно сбитый с толку и не понимающий, где он находится, замахал руками перед лицом, но ничего не увидел. Тьма все так же окружала его, но продолжалось это недолго.

Новая вспышка была ярче предыдущей. Курсор вскрикнул и дернул головой. И снова свет померк, возвращая Тилиуса в блаженную, как ему теперь казалось, пустоту. Еще один ярчайший всплеск света, затем глухая тьма, и опять. Время между вспышками стремительно сокращалось, а боль усиливалась. Мгновения пребывания во тьме становились короче, пока она не уступила свету окончательно. И в этот миг, когда гигантский ослепительный белоснежный шар взорвался в его голове, Тилю показалось, что он умер, задохнулся, тщетно пытаясь вдохнуть воздух в обожженные легкие, а его бешено стучащее сердце разорвалось в клочья.

— Смертная тварь!

О нет, он не умер! Оглушительный вопль, вырвавший его сознание обратно, в реальность, продолжал рвать голову затихающим эхом. Боль, которая до этого казалась смертельной, а теперь вспоминалась относительно терпимой, увеличилась в десятки раз, грозя выжечь сознание. Тело выгнуло дугой, так что Тилю показалось, что он слышит хруст собственных суставов. Приступ прошел так же быстро и неожиданно, как и появился. Одуряющая слабость исчезла, возвращая курсору возможность думать о чем-то еще, кроме непреодолимого желания умереть или хотя бы впасть в беспамятство. Тилиус позволил себе несколько мгновений просто лежать и не шевелиться. Ломота разбитого тела никуда не пропала, но это казалось сущим пустяком по сравнению с пережитым ранее. Боль была пульсирующей и обжигающей. Все предплечье, сразу ниже локтя, было черным. Так, будто его рука побывала в костре, где ее прожаривали до состояния углей. Кисть руки вывернуло под невообразимым углом. На среднем и указательном пальцах не хватало верхних фаланг. У Тилиуса появилось нестерпимое желание немедленно отрубить это уродство.

— Ах, вот ты где! – раздался в голове незнакомый ликующий голос.

«Что за бред? Чей это голос?» – успел удивиться Тиль и сразу получил сильный болевой импульс, взорвавшийся снопом белых искр перед глазами. Но когда Тилиус стал хрипеть, пуская кровавые пузыри, и отключаться, пытка вдруг резко кончилась. Снова придя в себя, Тилиус почувствовал, что рядом кто-то есть. Этот кто-то стоял над ним и рассматривал его изувеченное тело. Он попытался открыть глаза и рассмотреть человека.