Книга Костоправ. Книга 2, страница 27 – Максим Небокрад

Во время длительных привалов мы с Рони наносили недостающие магические письмена. В итоге на моём теле красовались семь знаков: Имгли — на предплечье и груди, Ульм — на спине, Изум и Вексор — по одному на каждой руке и ноге. Теперь я имел неплохую защиту от огня и молний, а в качестве бонуса — обрёл повышенную сопротивляемость холоду и проклятиям. В общем, ничего особенного, но приятно.

— Заполнять их магией ещё долго придётся, — сказал я в последний день пути, когда мы с Рони вырвались чуть вперёд от остальных.

— Начни с самых больших, а затем переходи к маленьким.

— Так и делаю.

— Даже забавно немного…

— Что?

— Вряд ли кто из магов имеет такой набор, как у нас.

— Думаешь?

— Ну а кто в здравом уме станет так истязать тело? Нет, я, конечно, допускаю, что за долгую жизнь можно и поболее знаков накопить, но всё же.

— Смотри не хвастайся об этом направо и налево, — предостерёг я. — Как бы чего не заподозрили.

— За дурака меня держишь? — улыбнулся он.

— Кто тебя знает…

Чем ближе был Вердант, тем оживлённее становился тракт. Невзирая на начало войны, торговцы, судя по всему, не обходили город стороной. Мы не стали въезжать в его ворота, свернув на перекрёстке к месту назначения.

— А вот и они, — сказал Рони, приставив ладонь козырьком ко лбу. — Целая орава собралась.

— Торвальд говорил, здесь около четырёх с половиной тысяч солдат, — произнёс я, окидывая взглядом раскинувшееся перед нами войско. — Через пару дней станет ещё больше.

— О, тут даже эволиски есть! — воскликнул он, ткнув куда-то пальцем.

Я проследил за его рукой и действительно заметил их:

— Ага, вижу.

Но куда сильнее моё внимание привлекли развевающиеся знамёна Бьердов. Что-то тут же ёкнуло внутри, словно в предчувствии грядущих неприятностей. Я невольно нахмурился, чувствуя, как моё настроение стремительно портится. Бьерды и всё, что с ними связано, вызывали у меня стойкую неприязнь. Слишком хорошо я знал, что скрывается за их пафосными лозунгами и яркими стягами: ложь, двуличие и беспринципность.

Наше появление не осталось незамеченным. Несколько любопытных взглядов обратилось в нашу сторону.

— А вот и старые друзья, — усмехнулся Емрис, поравнявшись со мной. — Постарайся на этот раз никому не бить морду.

— Не обещаю.

— Эйдан…

— Шучу, Емрис, — улыбнулся я. — Одного раза с меня хватит.

— Вот и славно, — сказал он. — Предоставь все словесные баталии мне.

— Ну что, навестим командира? — спросил Рони.

Обернувшись, я отыскал взглядом десятника своего второго отряда:

— Аркум!

— Да, господин Эйдан? — тут же отозвался он, подбегая ближе.

— Разместитесь неподалёку, а мы пока наведаем командира.

— Хорошо!

Мы без проблем прошли через дозорных и направились к огромному армейскому шатру. По пути я отметил, что помимо эволисков здесь были и рьянки, сидящие в клетках.

— Нам бы они пригодились, — сказал Рони, с интересом разглядывая их. — Жаль, что в тот раз не было звероплётчиков.

— Не нравятся мне эти твари, — поморщился я. — С самой первой встречи.

— Мне тоже, но пользы от них много, — пожал плечами он.

К моменту нашего прибытия в шатре уже собралось изрядное количество людей. Стоило одному из них заметить нас, как остальные, словно по команде, повернули головы.

— Прибыло подразделение воинской части близ Саминда под командованием рыцаря Торвальда Оульфа, — известил я, а затем представился сам: — Я пятидесятник Эйдан Кастволк. Со мной господа Рони Ондар и Емрис Вонгхар.