Книга Костоправ. Книга 2, страница 31 – Максим Небокрад

— Доброй ночи.

— И вам доброй ночи, господин Дэн.

На утреннем сборе Садрок объявил, что Эйдан со своим подразделением заменит королевские отряды в Азероне. Тот воспринял приказ с полным равнодушием и лишь уточнил дорогу.

Дэн впервые видел Эйдана и, честно говоря, самую малость удивился. Юноша был совершенно… обычным: высокий, широкоплечий, с открытым лицом и спокойными голубыми глазами — таких десятки в любом войске. Но внешность, похоже, была обманчива. Ему ведь проиграл даже Сьегар, прошедший семь ритуалов и посвятивший жизнь мечу. Похоже, слухи о боевых талантах Кастволков возникли не на пустом месте.

И всё же что-то в нём настораживало — не облик, а какая-то неуловимая аура силы и уверенности, сквозившая в его движениях и взгляде. Словно он точно знал своё предназначение и готов был идти к нему несмотря ни на что.

«Вот только твоё предназначение — сгинуть во мраке безвестности, — подумал Дэн. — Ты всего лишь пешка в чужой игре, и твоя история подходит к концу».

После общего сбора он приказал слугам собрать вещи и убрать шатёр, а затем направился в Вердант. Ларс молча ехал рядом, ожидая указаний.

— После отхода войска избавимся от Кастволка и его подразделения, — сказал Дэн. — Мага и солдат королевской армии тоже придётся убрать. Подготовь людей и снаряжение.

— Хорошо, господин.

— И найди ювийскую армейскую форму, — добавил он. — Переоденем нескольких убитых.

— Как прикажете.

Смерть Кастволка и его людей припишут вероломным ювийцам. Отец будет доволен.

Солдаты, разместившиеся в Азероне, не обрадовались нашему появлению. Согласно приказу, им надлежало вернуться к королевскому войску. Похоже, каждый из них втайне лелеял надежду отсидеться в этой деревушке подальше от сражений.

Азерон была настоящим оазисом спокойствия. Он утопал в умиротворяющей тишине, нарушаемой лишь мелодичным шелестом волн, щебетанием птиц и ласковым шёпотом ветра. Казалось, само время замедлило свой ход в этом укромном уголке.

Несмотря на мирную атмосферу, в первую ночь я почти не сомкнул глаз. Лишь под утро удалось ненадолго забыться тревожной дрёмой. На рассвете караульные доложили, что ночь прошла спокойно — без малейших признаков готовящейся засады.

— Странно, что нас ни с того ни с сего отправили в эту глушь, — задумчиво произнёс Емрис за завтраком.

— Может, Садрок смилостивился над нашей потрёпанной воинской частью? — предположил Рони. — Стольких потеряли…

— Вряд ли, — покачал головой Емрис. — Не только мы понесли потери.

— К тому же у нас подготовленные бойцы и один боевой маг, — добавил я. — А теперь мы тут без дела сидим.

— Так к чему ты клонишь? — спросил Рони.

— К тому, что надо держать ухо востро.

Позавтракав, я отправился к обрывистому утёсу, откуда открывался захватывающий вид на бескрайнюю лазурь моря. Усевшись на самом краю, я невольно залюбовался игрой солнечных бликов на волнах. Шум прибоя и солоноватый бриз навевали светлые воспоминания о доме.

— Сразу Навир вспоминается, — раздался позади голос Емриса.

— Только запах тут какой-то другой.

Он присел рядом, и я добавил:

— Надо написать отцу о погибших.

— Уже отправил письмо.

— Когда ты успел? — удивился я.

— Нашёл посыльного перед отъездом в эту деревушку.

— Мог бы и сказать…

— Это моя забота. Не беспокойся.