Книга Зеркала и отражения, страница 100 – Игорь Москвин

— Так было, есть и будет. Кто-то стремится разоблачить преступника, а кто-то невольно становится пособником. Продолжай, Роман Сергеевич.

— Урядник того стана, где расположено имение Ивана Сидоровича, занимался пропажей Анастасии. Но результатов не получил. Он даже писал в Кексгольмский уезд Выборгской губернии, но тоже безрезультатно. Ему ответили, что господин с такой фамилией, приблизительно указанных лет, никогда в их краях не проживал.

— Верю, – кивнул Леонид Алексеевич. И действительно, могло так быть. Если бы в тех краях искали какого-нибудь Куккунена или Маттинена, наверняка бы обнаружили с десяток, если не больше. А здесь истинно русская фамилия. – Что в губернском городе удалось узнать?

— В Новгороде незнакомец проживал под фамилией Покровский…

— Покровский? – перебил сотоварища Гурский.

— Роман Сергеевич, тоже хочешь что-то сказать?

— Село, где расположено имение Петякина, называется Покровское.

— То есть предполагаемый убийца не стал обременять себя раздумьями о выборе новой фамилии?

— Может быть, он имеет какой-то план и воплощает его в жизнь?

— Если так и дальше пойдёт, то наш искомый будет всегда идти на шаг впереди, не позволяя нам вырваться вперёд. Ладно, это всё слова. Что там в Новгороде?

— Александр Александрович Покровский проживал некоторое время в столице губернии как добропорядочный господин, отдавал паспорт на прописку. Документ у местных властей не вызвал никаких подозрений. Действительно, до приезда в Новгород наш незнакомец обитал в Выборгской губернии.

— Но… – Гурский хотел продолжить, однако Коцинг остановил его жестом:

— Я повторюсь: согласно документам.

— Стало быть, он купил либо краденые, либо фальшивые? – вставил вопрос Шереметевский.

— Я думаю, краденые, – без раздумий сказал Яков Яковлевич.

Шереметевский кивнул.

— В Новгороде Покровский… или называть его лже-Покровский, или лже-Иванов?..

— Называйте как хотите.

— Хорошо. Описание его внешности соответствует тому, что получили вы, Леонид Алексеевич, и ты, Роман Сергеевич. Аккуратен до педантичности, не терпит на одежде ни единого пятнышка, то же относится к обуви. В большинстве случаев появлялся в тонких кожаных перчатках, словно прятал руки. В губернской столице я так и не смог выяснить, где Покровский познакомился с племянницей купца Тимофеева, имеющего довольно солидный капитал. Но могу предположить, что в лавке дяди. Через некоторое время Вера – так звали девушку – исчезла с драгоценностями и некоторой суммой денег…

— Как и в случае с дочерью Петякина.

— Хозяйка, которая сдавала квартиру господину Покровскому, сперва хотела ему отказать. Не понравился он ей, испугалась его взгляда. Но соблазнилась деньгами. Говорила: я же вдова, а пенсия за умершего мужа не очень велика. Но потом, когда подольше пообщалась с Александром Александровичем, начала отзываться о нём с некоторой теплотой.

— Получается, наш незнакомец умеет расположить к себе, это его большое достоинство. Вот таким образом он производил хорошее впечатление на девушек. Они шли за ним, словно дети из легенды за дудочником.

— Именно так. Хозяйка говорила, что Александр Александрович вполне порядочный мужчина, она не видела, чтобы он водил к себе женщин. Но после отъезда господина Покровского в его комнате остались женские вещи. Да, Леонид Алексеевич. Я показал эти вещи Тимофееву, и он опознал в них Верины. Хотя и до этого купец был уверен, что именно Покровский увёз девушку.