Онлайн книга «Вне закона»
|
— Так как же ты говоришь, что я принят на твою ответственность? – спустил тон Коробов, оцарапанный отчасти словами приятеля. — Так что ж? Имя вообще в таких делах вещь небезопасная, и потому у нас имена заменяются особым способом. Тут, брат, целая система выработана! Я просто заявил, что приобрел нового и в высшей степени полезного члена – ну комитет и положил принять тебя на мою ответственность, ну и записали в протокол, и внесли тебя в разрядную книгу и в членский список. — Да как же внесли, коли имя неизвестно? – пожал плечами Коробов. Антизитров, многозначительно и загадочно ухмыляясь, вынул свою записную книжку и, перевернув несколько листочков, сказал Валерьяну: — Бери перо и пиши! Тот приготовился, и ментор продиктовал ему, указывая, в каком порядке и как именно должно писать, следующую форму:
— Это что ж такое? – непритворно изумился Валерьян, написав продиктованное. — Это твое имя и твой вид, где проставлено уже и твое назначение. — Объясни, пожалуйста! — Изволь, голубчик! Это моя прямая обязанность. Вот видишь ли, – начал он, указывая пальцем на первую строку, – «Серия С». Это вот что означает: у нас в центральном комитете заседает двенадцать постоянных и непременных членов, каждый из них представляет собою одну серию: А, В, С, Д и т. д. Моя серия, как видишь, С. В эту серию входят все лица, навербованные мною, и все те, которые навербованы моими вербунками, так, например, если ты завербуешь, положим, какого-нибудь Иванова, а Иванов в свой черед Петрова, а тот Пантелеева, то все они будут относиться к моей серии и все будут значиться под буквою С. Я, значит, ваш старший, ваш родоначальник, хотя меня знаешь только ты один (и то потому, что я сам тебя завербовал), а Иванов знать меня уже не будет и не должен, Петров же будет знать только Иванова и так далее. Понимаешь? — Это-то понятно! – согласился Коробов. – Серия С то же самое, что, например, в зоологии или в ботанике род – genus. — Вроде этого, мой милый, вроде этого! Ты очень понятлив! Одобряю! – поощрительно и шутя улыбнулся Антизитров. – Затем далее! – ткнул он пальцем в бумагу. – «Петербург» – это означает, что завербованный субъект принадлежит к петербургскому отделу организации и в Петербурге же состоит на жительстве. Затем, в виде числителя, № 37 значит, что ты тридцать седьмой человек из завербованных лично мною, а под чертою, в виде знаменателя, № 12 129 означает твой собственный нумер в членском списке по петербургскому отделу. — Неужели же я 12 129-й человек в организации? – не на шутку изумился Коробов. — 12 129-й! – как нельзя более уверенно подтвердил Антизитров. — И это в одном только Петербурге?! — В одном Петербурге и в его ближайших окрестностях. — Двенадцать тысяч!.. Но ведь это целая армия! — Больше, чем армия. Это своего рода всесословная повинность: тут и ландвер, и ландштурм, и все что хочешь! Но дело не в одном Петербурге. Организация раскинута по всей России. Коробов мог только в крайнем изумлении пожимать плечами. — И ты не врешь? – несмело спросил он наконец г-на Антизитрова. – Извини, голубчик, но ведь двенадцать тысяч на один Петербург… ведь тут простительно и усомниться. — А вот ты сейчас увидишь, как я вру! – многозначительно мигнул Антизитров. – Но прежде дай кончить объяснение… потерпи минутку!.. |