Книга В ожидании Большой волны, страница 117 – Саша Южный

— Куда?

— До ручки! – буркнул Буш себе под нос.

— Да мы тут недалеко остановились…

— В отеле? – спросила Мария.

— В сквере, – сказал Буш.

— Мой друг излишне прямолинеен, но однако это так, – произнёс Луи.

— Шутите? – Мария улыбнулась.

— Нет, мы серьёзно. Вот почти уже пришли, – Буш указал на небольшой сквер впереди.

Спустя минуту они вошли в него. Буш и Мария сели на лавочку. Луи расчехлил трубу и остался стоять. Буш достал разовые стаканчики и налил всем виски.

— Ну, что, за знакомство!

Луи отсалютовал стаканчиком и опрокинул его в себя, затем поднёс трубу к губам, и в сквер, в его прохладную темноту полилась музыка.

«Река».

Когда прозвучал последний аккорд, Мария достала платок, подсушила влажные глаза и спросила:

— О чём ваша музыка?

Луи на короткое время задумался, затем произнёс:

— Жил один еврейский поэт, он написал такие строки: «Бульвар под ливнем, стук колёс, жизнь улиц, участь одиночек»… Вот об этом.

— Потрясающе! Можно я с вами посижу?

— Конечно, – сказал Буш и налил всем ещё виски. – Когда в компании появляется хорошенькая женщина, жизнь расцветает иными оттенками. Наш отель, правда, скромен. Но у слова «роскошь» есть синоним, имя ему – «излишество».

Буш чокнулся стаканчиком с Луи и Марией.

— За свет и музыку! Ещё не забыл, Луи?

— Наш тост? Конечно, нет.

— Красивый тост. Откуда он? – спросила Мария.

— Из прошлой жизни, – ответил Луи. – Хорошо, что вы сегодня с нами, – он опрокинул виски в себя.

Буш и Мария последовали его примеру.

Когда они подошли к автовокзалу, уже светало. На посадочной площадке стоял одинокий автобус, возле которого толпилась горстка пассажиров. Они остановились с краю очереди. – Потрясающая была ночь. Сказочная. Ночной концерт! – произнесла Мария. – Вы, наверное, исполнили весь свой репертуар. Кому расскажешь, не поверят. Ваша музыка, она необыкновенная. Спасибо вам!

— Это вам спасибо, – отозвался Луи. – Вы помогли нам пережить очередной удар судьбы.

— Очередной?! – удивлённо произнёс Буш. – Да вроде уже и бить некуда!

Очередь впереди Луи и Буша растаяла. Мария поцеловала их на прощание.

— Сейчас вы уедете, и подступит рутина, поблекнут краски, потянутся серые будни. Но я буду помнить эту ночь… И ваш рассказ про «Прекрасную реку».

Автобус тронулся. Мария некоторое время шла за ним. Они с Бушем провожали друг друга взглядами. Потом автобус набрал скорость. Буш плюхнулся на сидение рядом с Луи.

— Собачья жизнь! В кои веки знакомишься с настоящей женщиной, а в кармане ни гроша. Ты ничего не можешь предложить. Судьба смеётся.

— Ну, ты же знаешь адрес.

— Что я ей напишу? «Прощай мой ангел»? От статуса бродяг нас отделяет всего семь дней. И то потому, что Трувер, тип, которому я заложил баржу, попросил нас поработать какое-то время на ней и в офисе, пока его люди освоятся с новым бизнесом. Он хочет сохранить «Прекрасную реку» как музыкальный салон. Потом улица раскроет нам свои объятья.

— А когда срок выкупа? – спросил Луи.

— Оптимист, – хмыкнул Буш. – На что ты надеешься? Тридцать дней. Да хоть полгода. Деньги взять негде.

В узком коридоре с множеством дверей было многолюдно и душно. Сквозь массу толкающегося народа, ловко лавируя, уверенно двигался тип с чёрной физиономией, в желтом пиджаке, с толстой золотой цепью на шее. На типе были чёрные очки и надвинутая на самые глаза шляпа. Он время от времени останавливается, читал таблички на дверях и шёл дальше.