Книга Стрекоза. Любовь прицеле, страница 33 – Ольга Митрофанова

— Мамуся, мы не успели уехать, а у тебя уже гости, – в дверях он резко замер, уставившись на гостей.

— Я не понял, а что у нас тут происходит?

Ольга Викторовна резка встала перед мужем:

— Миш, тебе нельзя волноваться, Егор к сыну приехал, он отец, имеет право.

— Где этот отец был, когда мы Димку из роддома забирали или, когда ночей не спали, что у него зубы режутся, когда девчонки полуживые с трассы приползали, когда ты моталась с работы на старты чтобы с внуком посидеть, – закипал мужчина.

— Батя, я виноват, знаю, но не мог я раньше, видел, как вам тяжело, ну никак мне вырваться, бать, ну ты то должен понять, – в голосе Егора зазвучали простительны нотки, он опустил голову признавая свою вину.

— Я лягу пойду, спокойно смотреть пока на него не могу.

— Идти, давление померь и таблетку выпей, напомнила Ольга Викторовна.

Через пять минут в кухню ворвались девушки, как два смеющихся урагана, но увидев гостей на кухне смех резко замер у обеих девушек на губах.

Сашка резко развернулась и выбежала из дома, Егор выскочил из-за стола и стартовал за ней. Марго же, наоборот, будто к полу приросла. Распахнула глаза и смотрела не моргая. Не складывалась в голове картинка, не могло такого быть, чтобы вот он, тот о ком думать себе запрещала, сидит такой спокойный на кухне за столом и блины мамины ест.

— Дочь, ты чего там замерла? – позвала мама.

— Просто не ожидала гостей. Может пойти посмотреть, как Сашка с Гором, чтоб не передрались?

— А ты их разнимать будешь или просто хочешь в случае их потасовки удовлетворить свое тайное желание и навалять им обоим? – поинтересовалась мама.

— Маменька, фи, что за грязные инсинуации?

— Поговори мне ещё, за стол давай садись и ешь, если у этой ячейки общества разборки затянутся, то с Димкой сидеть будешь ты, я пойду с папой побеседую, а то он в трансе. Так что доедайте и с ребенком гулять, – проговорила Ольга Викторовна, покидая кухню.

— И товарищ, лейтенант, я надеюсь на вашу сознательность, разврата в стенах своего дома не потерплю, думаю объяснять вам популярно это не надо.

Выбора у Марго особого не было, пришлось сесть за стол. В упор встретила изучающий взгляд Давида.

— Обращаться ко мне по званию – это у вас семейное? – задал шутливый вопрос.

— Ты за столько километров припёрся светские беседы вести?

— Нет, конечно, я сюда вообще ехать не собирался, меня Егор привез.

— С чего это? – удивилась Марго.

— Как группу поддержки, отца вашего боялся.

— Смешно сказал, папа в принципе отходчивый и склонен людей прощать, так что вез он тебя точно не за этим.

— Чтоб я тебя увидел.

— Так я вроде не картина в музее, зачем на меня смотреть?

— Я тебя полгода по телевизору смотрел, а потом видео записывать стал, чтобы вторые полгода, когда соревнований не будет на повторе пересматривать.

— Откуда узнал? – вскинулась Марго.

— Егор перед первым стартом приехал, позвал посмотреть, я не ожидал, а потом оторваться не мог, мне, если тебя не вижу совсем плохо.

— Давид, я уже говорила однажды, не надо этого.

Марго встала из-за стола, отвернулась к окну, обхватив себя руками. Давид подошёл сзади очень близко почти, соприкасаясь с ней.

Стоял и тяжело дышал, впитывая в себя запах ее волос. Поняв, что его не отталкивают, положил руки на предплечья и стал поглаживать кожу большими пальцами. Возбуждение разлилось по венам, хотелось схватить и крепко сжать до хруста косточек.