Книга Стрекоза. Любовь прицеле, страница 65 – Ольга Митрофанова

Исмаил вытащил из нее пальцы, взял в рот и облизнул:

— Как ты кончаешь, сладкая, сладкая девочка, – бормотал, расстегивая ремень и спуская штаны вместе с трусами.

Исмаил приспустил трусы и на свет явился его налитой член, обрамлённый черными жёсткими волосами. На кончике блестела капля смазки. Он взял свой член в руку и провел по нему рукой пару раз.

Затем наклонился и провел головкой по ещё влажным, не отошедшим от оргазма половым губам Марго. Ее прошила послеоргазменная судорога.

Марго понимала, что изнасилования ей уже не избежать, тело ее предало, оно ещё не отошло от удовольствия и ей не подчинялось, поэтому сопротивляться она не могла, слез уже тоже не было и она смотрела безжизненным взглядом в облезлый потолок, молча принимая свою участь.

Исмаил ещё несколько раз провел головкой члена по ее половым губам, растирая влагу и стал пристраиваться ко входу во влагалище. Рука по-прежнему скользила по груди, разминая ее и сжимая пальцами твердые горошинки сосков.

Марго почувствовала давление головки члена на половые губы и зажмурилась, ожидая проникновения.

Давид с Сашкой были на подходе, к дому, где горел маячок, показывающий местоположение Марго, когда услышали хриплый женский не то хрип, не то рык. Внутренности обожгло жаром, кровь стала поступать сильными толчками по венам. Сердце бешено загрохотало в груди.

— Не торопись, нужно посмотреть, что снаружи, – остановила Давида Сашка, увидев, что тот резко дернулся вперёд.

Они быстро переглянулись, Сашка приникла к оптическому прицелу и бегло осмотрела территорию.

Затем дала Давиду знак, чтобы он обходил дом слева, а сама стала обходить его справа. Они быстро обошли дом и вернулись ко входу.

Сашка показала входить после нее, ступая неслышно, открыла дверь. Они резво прошли через гостиную, Сашка показала, что идёт на кухню, а Давид отправился в спальню.

Увидев бандита со спущенными штанами, и свою малышку под ним он буквально озверел. Резким рывком стащил бандита и повалил на пол. Сам навалился сверху, нанося удары без разбора.

— Убью, сука.

Сашка примчалась в комнату, услышав рев Давида. Быстро оценила ситуацию и кинулась к кровати, на которой лежала полуголая сестра.

Достала нож из ножен и перерезала стяжки на ногах, резко натягивая на нее штаны. Затем разрезала стяжку на руках и крепко прижала к себе беззвучно рыдающую сестру.

На полу Исмаил, уже пришедший в себя блокировал удары Давида.

— Примчался, сучонок, – успевал разговаривать между ударами, – помешал нам, девочка только один раз кончить успела.

Давид взревел раненым быком и стал наносить удары ещё сильнее. Мысли о том, что этот грязный скот прикасался к его стрекозе разъедали мозг словно кислота.

Исмаил перестал сопротивляться. Его лицо превратилось в кровавое месиво. Конечности не шевелились, но остановиться Давид не мог.

— Тащи его на улицу, не здесь, – услышал сквозь шум в ушах голос Сашки.

Поднял глаза и увидел свою малышку в объятиях Александры, она уже была одета, руки посинели и опухли в том месте, где была стяжка, лицо опухло с одной стороны и покраснело, очевидно ее ударили по этой щеке. Губы растрескались, лицо отекло. Ее вид причинил ему нестерпимую боль, он резко отвернулся, смотреть на ее расхристанный вид не мог.