Книга Не лечи меня…, страница 7 – Ольга Митрофанова

Марьяна горестно вздохнула и обратилась к медсестре:

— Пошли, Людмила, укрощать строптивых.

— Я не могу, мне домой надо, – мгновенно отперлась Люська.

— Вот ври больше, опять за Вику помчишься капельницы ставить, а не домой. Люся, – назидательно начала Марьяна, – она капельницы давно научилась сама ставить и пользуется твоей глупостью, потому что лентяйка и самой делать ничего не хочется. А ты после суток давай ещё за нее батрач, как крепостные на помещиков.

— Марьяна Николаевна, ну зачем вы так, мы подруги.

— Люся, никакая она тебе ни подруга, а паразит, прицепившийся к твоему организму и сосущий из него кровь, все не беси меня, пошли, – распорядилась Марьяна.

— Я не пойду, – упёрлась Людмила.

— Это ещё что за залп с Авроры сейчас был? Смуту устроить решила? Я об ее личной жизни пекусь, а она мне фокусы показывает.

— Вы меня итак при всех опозорили, Танька по всей больнице про меня и Владислава Сергеевича сплетни разнесет.

— Смотрите, какие мы нежные, вот сейчас пойдем и сплетни былью сделаем.

— Не пойду, – стояла на своем Людмила.

— Значит с Евгением Борисовичем в смену пойдешь, а я с твоей подружайкой ненаглядной, чтоб неповадно было мне бунт устраивать.

— Вы с Викой не сможете, – продолжала сопротивляться натиску Людмила.

— Это она со мной не сможет, а я нормально, не такими завтракала. А вот ты без подруги останешься, когда она узнает из-за кого смены поменяли.

— Марьяна Николаевна, так нечестно.

— Детка, жизнь вообще штука несправедливая, – похлопала ее по плечу Марьяна, – пошли уже, организуем тебе доставку домой после смены как губернатору с мигалками.

— Марьяна Николаевна, – обратилась Люся к Марьяне, шагая следом за ней по коридору, – а правда про вас с Львом Леонидовичем?

Марьяна обернулась, окинула Люсю взглядом:

— Вот ты как привяжется, как пьяный к телевизору. Женщине для здоровья нужен мужчина, а Лева – вариант не самый худший. Так что с Левой – это исключительно в лечебных целях и после того, как об этом узнала Лариска – это стало историческим  прошлым.

— Вы извините, если я вас обидела, – повинилась Людмила.

— Люсь, ты как ребенок, об этом вся больница за глаза судачит и подробности смакует как хочется, а ты единственная смелости набралась в глаза спросить и ещё извиняешься. Было б за что.

В кабинете главврача стоял стойкий запах коньяка, на столе красовалась нехитрая закуска, явно заказанная из какого-то работающего ночью кабака.

— Пролетариат гуляет? – задала вопрос Марьяна, оглядывая диспозицию.

Мужчины, сидящие вокруг стола, молчали, ожидая продолжения ее речи.

— Не надо смотреть на меня как Ленин на буржуазию, это в сложившейся ситуации моя роль, – обратилась к мужчинам.

Те снова ничего не ответили, молча ждали пока она выскажется:

— Ладно, операция прошла хорошо, ногу мы собрали, гипс поставили сразу пластиковый, нужно будет оплатить завтра. В гипсе девушка будет пять недель, потому как перелом сложный, затем будет период реабилитации, ногу нагружать сильно нельзя. Полное восстановление займет два-три месяца. Среди внутренних органов были повреждения селезёнки, часть пришлось удалить, остальное – нормально. До завтрашнего утра побудет в палате реанимации, туда не пускают, утром переведут в обычную палату, можно будет навестить. Что разрешено из передач можно узнать в приемном покое, там объявление висит.