Книга Новый муж бывшей любовницы. Игра на троих, страница 32 – Кезалия Вердаль

Мы несемся, не разбирая дороги, ослепленные ливнем и оглушенные ветром.

Куда нас ведет это отчаянное бегство?

Не имею понятия.

Мы заблудились, потерянные в бушующем лесу.

— Я замерзла, — тихонечко хнычу, — и устала.

— Потерпи, малыш. Сейчас что-нибудь придумаем.

Квилинский обнимает меня и безуспешно пытается укрыть от хлещущего по телу ливня.

— Подожди, что это там?! — неожиданно мужчина указывает на слабый огонек на холме.

— Очень надеюсь, отель.

Мы поднимаемся наверх по склону. От дождя земля превращается в скользкую грязевую горку, отчего мы по очереди падаем, поднимаемся вновь и упорото лезем вверх. Наконец, добираемся до вершины, где как в низко бюджетном ужастике материализуется небольшой старенький эко-отель.

— Простите, у нас остался только один номер, — перекрикивает рев ветра ресепшионист, безуспешно ловя разлетающиеся во все стороны бумажки — в них будто бес вселился. — Из-за поднявшегося шторма отменили все рейсы и посетители продлили брони.

Не раздумывая сразу же соглашаемся.

Мы с головы до ног перепачканы в глине, поэтому если немного постоять в сухом помещении, то ссохемся и превратимся в скульптуры. К статуе Амриндера никаких претензий — он отлично сойдет за экспонат превосходно сохранившегося викинга.

Как только заходим в номер, сразу скидываю на пол всю одежду с нижним бельем. Захожу в ванную комнату и включаю горячую воду с максимальным напором, чтобы быстрее прогреть помещение.

Сквозь запотевшее зеркало вижу, как дверь сзади отворяется. Заходит Андрей полностью обнаженный. Он тоже успел избавиться от насквозь промокшей и грязной одежды.

Пар от горячей воды окутывает нас, создавая в маленькой ванной комнате ауру интимности. Я делаю вид, что не замечаю его присутствия и, зажмурившись, подставляю лицо под струи почти огненной воды. Грязь стекает с меня, превращая пол в темный омут.

Он же, стоя за спиной, не сводит с меня глаз.

Чувствую, как его взгляд скользит по моим мокрым волосам, струящимся по спине, по нежной коже, покрытой капельками воды и пятнами глины, по изящным изгибам тела.

Андрей не движется, молча наслаждаясь этой мимолетной картиной.

Наконец, он осторожно касается моего плеча, отчего с непривычки вздрагиваю. Его руки скользят по моей шее, спускаются к грудям, которые сильно сжимает, затем словно тиски сковывают талию, притягивая к себе.

Его сбивчивое дыхание, жаркое и прерывистое, обжигает кожу.

Квилинский резко разворачивает меня к себе лицом, и его губы обрушиваются на меня с жадностью путника, изнывающего от жажды. Язык, настойчивый и властный, вторгается в рот, терзая их в поцелуе. Это танец языков, игра губ, борьба и подчинение, где уже никто не выйдет победителем.

Это не просто поцелуй. Это взрыв страсти, всепоглощающего желания, предвестник бури, которая вот-вот разразится.

В этот момент викинг понимает, что не может больше сдерживаться.

Вспышки молний пронзают мое тело, отдаваясь в самых потаенных уголках.

Я стону от нахлынувшего блаженства, не в силах обуздать рвущийся наружу крик.

— Ты не боишься, что об этом узнает Георгий? — рычит он и кусает меня за ухо.

— А тебя эта мысль возбуждает? — выдыхаю я, сильнее впиваясь ему в мокрые волосы. Он начинает двигаться быстрее и жестче. — Видимо, да.

— Сегодня. Ты. Только. Моя.