Книга Иллюзия падения, страница 110 – Лия Аструм

Намерение остается четким ровно три минуты.

Хватаю чашку и со всей силы швыряю в окно. Керамика разлетается вдребезги, напиток раскрашивает стекло мутными кофейными блямбами. Яростно стискиваю челюсти, всеми силами пытаясь утихомирить дыхание. Какого хрена я ною, как барышня в расхристанных колготках?!

Я же Эван Мур, вашу мать! И подыхать я буду с музыкой, не забыв оставить яркий отпечаток воспоминаний на каждой великосветской роже. Отыскиваю под диваном забытую бутылку виски и, вылив остатки себе в рот, иду в спальню, чтобы принять душ, сбрить щетину и надеть свой самый лучший костюм.

Выполнив каждый пункт, сажусь в тачку и мчу на северо-восток Нью-Йорка. В гребаный Гринвич, заполонённый чиновниками штата. В крови азарт и легкое волнение. Стараниями Миллера мой пригласительный недействителен, но есть надежда, что папочка впечатлится родственным визитом и, не став ерепениться, отдаст нужный приказ.

Собственно, так и происходит. Охрана на въезде корчит из себя крутых парней, а затем с вытянутыми мордами открывает ворота, услышав в рацию распоряжение свыше.

Вся территория перед высоким двухэтажным особняком забита автомобилями. Количество безукоризненных смокингов, лестных винировых улыбок и сверкающих бриллиантов, оттягивающих мочки ушей, – запредельное.

Как огромный океан. В котором я резко разучился плавать.

Поднимаюсь по ступеням и, пройдя между распахнутыми дверьми, тут же ловлю официанта. Отказываюсь от аперитива и прошу принести виски со льдом. Неторопливо и вальяжно расхаживаю по торжественно украшенному залу и, вливая в себя терпкую смесь, отвешиваю комплименты разряженному курятнику.

— Привет, Сидни. Забросила диету? Зря.

— Хэй, Джош! Ты когда-нибудь задумывался, почему твоя девушка улыбается, видя твоего брата?

— Поздравляю со свадьбой, Меган! Уверен, ваша супружеская жизнь будет счастливой и недолгой. И как он не откинулся у алтаря в свои-то девяносто два?

— Эмма, на курсах по глубокому минету практика проходит на живых членах или искусственных? Я мог бы стать твоим личным тренажером. Или это место занято твоим кузеном?

— Мистер Джонс, какая честь! Восхищен вашим последним пожертвованием и вашим галстуком. Где вы его взяли? Я считал, последняя ошибка этой коллекции была сожжена дизайнером сразу же после разносной статьи в GQ.

— Приветствую, Томас. Слышал о твоем банкротстве и петле, из которой тебя успешно вытащили. Или неуспешно. В водолазке не жарко? Спокойно, друг! Все мы когда-нибудь умрем. Жизнь – тлен.

Выслушав в свою сторону порцию отборных матов неудачника-суицидника, допиваю виски и, помахав пустым стаканом парню в униформе, двигаюсь дальше, получая в спину удивленные шепотки и раздраженные взгляды. Сбившиеся в кучки сплетники не привыкли видеть Эвана Мура таким. Что ж, придется потерпеть. Всего вечер. Этот эмоциональный коктейль на их надменных лживых мордах – как лечебный бальзам, который будет мемуарами смазывать мою душу где-нибудь на Фиджи.

Да, мне стоит улететь. Я никогда не планировал покинуть Нью-Йорк, считая эпицентр всего этого содома своим законным местом. Но сейчас идея переезда кажется настолько же рациональной, как и ежедневная чистка зубов.

— Эван, дорогой, – пропускаю момент появления миссис Коллинз. Она расцеловывает меня в обе щеки, отравляя воздух удушливо пряным парфюмом, и, отстранившись, разглядывает меня уже приевшимся голодным взглядом.