Онлайн книга «Сильнее ветра»
|
Она еле заметно кивнула. Вдох – выдох. Вдох – выдох. Вдох – выдох. Она с точностью повторяла за мной, и внутри появилось странное щемящее чувство, которое не поддавалось анализу. — Пляж… В Авентуре… Golden Beach, – тихо прошептала она, и мне пришлось напрячь слух, чтобы разобрать название. — Хорошо, – облегчённо выдохнув, кивнул я, ослабляя хватку и бездумно поглаживая большим пальцем её мокрую щеку. – Расскажи мне о нём. Она неумышленно облизала свои искусанные губы. — Там самое красивое небо… — Продолжай, – заметив заминку, настойчиво попросил я, стараясь не думать солёные ли они сейчас на вкус. Не хотел, чтобы она останавливалась. Боялся нового прихода. — Самые красочные закаты… Самый белый песок и… Самые лучшие воспоминания… Меня пробрало. До костей. Не от слов, подтверждающих высокую значимость этого места, а от взгляда, глубоко пронизанного любовью и необъяснимо запредельной тоской. Её слипшиеся от дождя ресницы плавно опустились вниз, и только сейчас я понял, что стою непозволительно близко, а мой палец все ещё кружит по её щеке. И в этих прикосновениях больше не было нужды, но я, не имея никакого желания впадать в глубокий самоанализ, аккуратно убрал влажные пряди с зарёванного лица и по-собственнически притянул хрупкую фигурку к себе. Она сначала вся напряглась и слабым протестом упёрлась ладошками мне в грудь. Но, ощутив на затылке без всякого подтекста массирующие движения пальцев, обмякла и, положив голову мне на плечо, замерла. Я уткнулся носом в холодную макушку и сделал глубокий вдох. Клубника, разбавленная дождём. Ливень продолжал беспощадно хлестать. Тяжёлые капли разбивались о плечи, пропадали в волосах, растворялись в тканях одежды… а я как ненормальный продолжал жадно вслушиваться в пришедшее в норму женское дыхание. Оно щекотало шею и вызывало странное колющее чувство где-то между вторым и третьим ребром. Чувство, от которого нужно было срочно избавиться. Я аккуратно отстранился, чтобы тут же словить поломанный, с оттенком уязвимости взгляд. — Нужно сесть в машину. Она отрицательно замотала головой и судорожно впилась пальцами мне в плечи. — Мы никуда не поедем, – стараясь звучать мягко, успокаивал я, открывая дверь. – Обещаю, Эм. Мы промокли, нужно согреться. Она несколько секунд металась взглядом между мной и проёмом в тачку, словно там её ожидало не удобное кресло с подогревом, а адовые черти, готовящие ей самые мучительные пытки. А затем, неуверенно прикусив щеку, всё же последовала моей просьбе. Я испытал невероятное облегчение от её послушания и, попав внутрь, тут же включил на полную мощность печку, достал бутылку воды и протянул ей. — Замёрзла? Мы будто искупались в реке и теперь заливали осадками мой вылизанный до блеска салон. И если бы раньше я рассвирепел от подобной херни за секунду, то сейчас химчистка – это последнее, что меня волновало в жизни. Пока она пила, я каким-то маниакальным взглядом наблюдал за глотательными движениями горла и застывшей на её нижней губе каплей воды. Секунда… и объект моих наблюдений был тотально уничтожен острым кончиком языка. — Немного, – прошептала Эм и, отдав мне бутылку, потёрла ладошки друг о друга. Ощущая себя грёбаным извращенцем, я скользил по ней въедливым взглядом, выхватывая каждый, как мне казалось, важный элемент: прилипшие к бледным щекам мокрые пряди волос, склеенные дождём в острые треугольники ресницы, искусанные, обескровленные губы. Весь её вид был по-детски трогательным. Ничего не осталось от той надменной сучки. |