Книга Шейх. Его (не)любимая, страница 17 – Виктория Вильманн

Я понимала, что творится у него на душе, но не могла отступить от своего решения. Я также понимала чувства Киры, ее тоску по мне. Да у меня самой кровью сердце обливается от мысли, что ее придется оставить на некоторое время. Я так сильно к ней привязалась. Я называла ее дочкой, а она меня — мамой.

— Моя милая девочка, — покрывая поцелуями щёчки девочки, лепетала я. — Это всего лишь командировка, скоро я вернусь домой.

— Мама, можно я поеду с тобой? — надула губки, чуть не плача. Ее состояние разрывало мне сердце.

— Моя маленькая, ты должна быть рядом с папой, дома. Он ведь тоже остается. Присматривайте друг за другом.

— Я вообще не понимаю, почему ты запрещаешь мне ехать с тобой, — поймав меня за локоть, прошептал Саша.

Это моя война. Тем более, в Турции я никогда не буду одинока, там есть моя Мерьем. Как я мог забыть. Вот откуда такое рвение, она тебя подначивает… Слова Саши начинали выводить меня из себя. Откуда этот эгоизм?! Как можно не понять этой истины? Мне нужна моя дочь!

— Дай хоть попрощаюсь с тобой, как с женой, — с некой озлобленностью в голосе проговорил Саша, поймав меня в спальне. К этому времени я уложила Киру и готовилась сама лечь спать, на утро был куплен билет до Турции. Саша, мне нельзя, если ты об этом, — оборвала его я, завернувшись в одеяло. Кто это придумал? — и в один миг одеяло прямиком оказалось на полу, оголив мое тело. Саша, не время. Мне очень рано вставать, — отпиралась я от мужа, но в него будто бес вселился. Нет, женушка, ты только моя, слышишь? Ты только моя жена. Любить тебя буду только я! В зыбком лунном свете сквозь узкие щели затемненной комнаты расстилается зыбкая атмосфера тайны. Это была атмосфера человека неразумного и жаждущего овладеть миром внутри другого существа. Он окунается в свое эгоистичное желание, совершенно не обращая внимания на то, что женская душа колеблется волнами протеста и сопротивления.

Плотно обхватив мою талию, Саша опустил губы на мою шею, навязчиво нанося нежные ласки. Он терпелив, весел и уверен в своей силе, игнорируя мои протестные глаза, полные неприязни и отторжения. Безжалостный! Он продолжает свою погоню за блаженством!

Саша, перестань!

Ты только моя, — одержимо шептал он, нагоняя на меня страх. По мере того, как руки Саши скользили по моему телу, я в свою очередь более яростно пыталась освободиться от его сильных объятий. Чувство свободы и независимости накатывало на меня волной, и я сопротивлялась, пытаясь донести свое негодование.

Мои глаза все больше и больше наполнялись пылом и гневом, говоря о несогласии с подобным нападением на мое пространство и интимность.

Уйди прочь, я только потеряла твоего ребенка! Отпусти меня! — не ожидая того, как Саша окончательно разойдется, воскликнула я и в момент его замешательства, отпрыгнула прочь. — Ты с ума сошел?! Что ты творишь?!

В конечном итоге, Саша осознал свою ошибку. Он остановился, словно пробуждаясь из тьмы неконтролируемой страсти. Его взгляд наконец увидел мое несогласие.

Чего молчишь?! — взвилась я, осознавая, что Саша чуть не взял меня силой. — Ты забыл важность уважения и согласия во всех сферах нашей жизни в том числе и в интимном мире?! Забыл, что каждая ласка должна быть даром? А не вот этим, что ты только что пытался устроить! Аня. прости, я не хотел тебя испугать...