Книга Ненавижу и люблю, страница 75 – Галина Милоградская

— Что случилось, Алина? Ты могла позвать любого из адвокатов, но выбрала именно меня да ещё и настояла на личной встрече. Что-то серьёзное?

Я вздохнула, выпрямляя спину, и посмотрела на него.

— Я подумываю о… – я замялась. Действительно, так ли я уверена сейчас в своём решении? Нужно ли оно мне? И что подумает обо мне Боровецкий, если я передумаю? – Я хотела бы узнать, что будет, если я разведусь, – решившись, выпалила и замерла. Он молчал несколько долгих секунд, пристально глядя на меня. Потом вздохнул, откинулся на спинку кресла и уточнил:

— Ты хорошо подумала?

— Я пока хочу оценить лишь возможные риски, – мягко начала я, – и последствия.

— Роман обижает тебя? – в голосе адвоката прозвучала угроза. – Он сделал что-то, что может бросить тень на тебя и компанию?

«Делал постоянно, на протяжении последних пяти лет!» – хотелось крикнуть, но я сдержалась. Покачала головой и посмотрела твёрдо, спокойно.

— Я рассматриваю варианты, – и улыбнулась, чтобы смягчить отказ посвящать в подробности. – Если необходимость развода встанет остро, ты будешь первым, кто узнает его причины.

— Что ж, – пожал плечами Боровецкий, – это разумно. Я подготовлю документы, но могу сказать сразу и определённо одно – какими бы ни были причины, ты не потеряешь ничего.

— В смысле?

— В том смысле, что брачный контракт составлен на совесть. Рома не получит ничего, даже если ты будешь изменять ему каждый день с новым мужчиной, уж прости за грубость.

— Погоди, – остановила я, пытаясь понять. – То есть, в нашем контракте есть пункт?..

— О том, – продолжил он за меня, – что в случае развода Рома остаётся ни с чем. Его фирма, его деньги, всё, что он приносит в этот брак остаётся тебе. Я же говорю – твой дед обо всём позаботился. Он настаивал на включении этого пункта и несколько раз обсуждал его с отцом Ромы.

— И они согласились? – странный вопрос, учитывая, что мы подписали брачный контракт. В который я так и не удосужилась взглянуть.

— А что им оставалось делать? Видимо, парень любил тебя настолько, что согласился на все условия.

«Или так сильно хотел оставить свою компанию в руках владельцев, что пошёл на любые условия», – обречённо подумала я. Тогда к чему были эти демонстративные измены? Я настолько погрузилась в размышления, что пропустила следующую речь Боровецкого и очнулась только, когда он произнёс:

— Тогда я пришлю документы на изучение к среде, ты согласна?

— Д-да, конечно. – Я поднялась, давая понять, что встреча окончена. – Спасибо.

— Надеюсь, у тебя всё наладится, – искренне пожелал он, пожимая руку. Стоило двери за ним закрыться, как я потянулась к коммутатору.

— Рита, вызови моего мужа. Если он не в офисе, набери ему и скажи, что нам надо срочно встретиться. Буду ждать его через час.

Я понимала одно – что ничего не понимаю. Рома женился на мне, думая, что сможет руководить своей компанией. Возможно, надеялся, что мы разведёмся после смерти деда, и он заберёт свою фирму себе? А перед свадьбой, буквально за день, мы собрались на подписание брачного договора. Он узнал об этом тогда, или раньше, если Боровецкий говорил, что его отец обсуждал это с дедом? Что-то подсказывало мне, что отец не стал ставить сына в известность о том, что тот будет привязан ко мне навсегда, а если я пожелаю развестись, то благополучие сына будет зависеть от моей доброй воли? Представляю, как сильно он был тогда зол. Прежде всего, наверняка на деда и отца, а досталось мне. Хорошо, его поведение первые месяцы может быть вполне объяснимо. Но как тогда быть с остальными годами? Не мог же он злиться на меня вечно! Или мог? Насколько он видел во мне врага? Не считал ли, что это я настояла на том пункте договора?