Книга Любить нельзя. Расстаться, страница 101 – Галина Милоградская

— Он признавался ей в своих книгах. Иногда слов недостаточно, чтобы сказать о любви.

— Поэтому ты просто был рядом и защищал меня, – вздохнула Света.

— Именно. – Никита потянулся за крохотным маком и невесомо коснулся лепестками её губ. – Ты была такой смелой, – цветок обвёл скулы, коснулся подбородка, – такой целеустремлённой, – спустился ниже, к шее, – такой отчаянно влюблённой в Марка, – заплясал на ямочке между ключиц и снова заскользил вверх.

— Дурак, – проворчала Света, не открывая глаз. – Если бы ты молчал дольше, я бы вышла за него замуж.

— Согласен, – беззвучно хмыкнул Никита, вновь обводя её губы. – Но может, я просто ждал подходящий момент?

— Признаться в любви перед смертью, что может быть романтичней? – пробормотала Света, глядя на него сквозь ресницы.

— Признай, это всё-таки было романтично, – улыбнулся он. Почти облетевший мак подпёр подбородок, и Света невольно откинула голову.

— Очень.

Сердце гулко билось в груди, и на короткий миг стало тихо, будто они снова одни во всём мире. Где-то на другом конце стадиона Алина едва успела удержать Лёву за плечо и заткнуть рот ладонью – он только открыл рот, собираясь крикнуть, что у него только что получился полноценный бросок.

Они возвратились домой под вечер. Уставшие, довольные, всю дорогу обсуждали тренировку, перебивали друг друга, громко смеясь. У ворот дома Никита замешкался на мгновение, но всё же вошёл. Обмениваясь улыбками с Светой, помог накрыть на стол и весь ужин купался в долгожданном, необходимом счастье, от которого каждая клеточка внутри звенит, наполняя лёгкостью.

— Пап, ты же останешься? – спросил Лёва.

Не успев подумать, Никита сказал:

— Не в этот раз, мне завтра рано вставать, хотелось бы выспаться.

Тут же захлопнул рот, посмотрел на покрасневшую Свету и неловко почесал шею.

— Я имею в виду, что, если останусь, то буду всю ночь думать о том, как счастлив снова спать дома.

Алина отчётливо фыркнула, Лёва разочарованно надулся.

— Куда ты собрался? – спросила Света, посмеиваясь над его смущением.

— В командировку, – вздохнул Никита. – Надо обсудить с губернатором несколько вопросов, мне проще, у Лёши пока не получилось наладить общение с ней.

— И когда вернёшься?

— Думаю, за неделю управлюсь. Может, придётся немного задержаться. – Никита поднялся, чтобы помочь убрать со стола.

— А потом ты будешь жить дома? – спросил Лёва.

— Посмотрим. – Никита растрепал его волосы и мягко улыбнулся. – Но обещаю, что в любом случае скоро вернусь.

Дети разошлись по комнатам, Никита и Света в тишине помыли посуду, расставили по местам и одновременно вздохнули.

— Когда ты собирался мне сказать? – Света не хотела упрекать, но прозвучало всё равно обиженно.

— Я узнал, когда мы шли домой, – вздохнул Никита. – Помнишь, по дороге мне позвонил Лёша?

— Он мог бы дать время на сборы, – проворчала Света, утыкаясь лбом в его грудь.

— Ну, мы же сможем немного подождать, да? – Никита подцепил её подбородок двумя пальцами и замер перед губами. – Несколько дней не срок.

— Откуда в тебе столько терпения?

Он не ответил. Обхватил нижнюю губу своими, коснулся кончиком языка, и Света моментально забыла обо всём. Потянулась к нему, обвивая за шею, зарываясь в волосы на затылке. Его руки моментально прижали, заскользили по спине. Желание, так долго сдерживаемое, вспыхнуло, моментально разнося огонь по венам. Никита шагнул вперёд, толкая её к столу, скользя языком по её языку, сжимая пальцы на спине, сминая кожу. Света слабо выдохнула в раскрытый рот, притянула голову ближе, углубляя поцелуй. Этого было так мало, тело ныло, жажда почувствовать его в себе, глубоко, прямо сейчас, стала практически невыносимой.