Книга Любить нельзя. Расстаться, страница 129 – Галина Милоградская

— Генка сказал, что ему надоело слушать, как мы занимаемся сексом.

— Хм. Он прямо это и сказал?

— Не этими словами, но смысл я поняла.

— Что ж, я давно предложил ему купить беруши, так что это не наши проблемы. – Он подцепил её подбородок и посмотрел прямо в глаза. – Лучик, если хочешь, я хоть сегодня вернусь домой.

— Нет! – тут же воскликнула она. – Нет. Это, наверное, прозвучит глупо, но мне нравится встречаться так, почти тайком. Просто… Всё это внимание порядком достало.

— Лучику нравится прятаться от всех, чтобы заниматься крайне неприличными вещами?

— Очень нравится. – Она запрокинула голову и улыбнулась хмельной улыбкой. – Дома так не получится.

— Почему? – Никита заинтересованно склонил голову набок.

— Не знаю. Когда я возвращаюсь в нашу спальню, кажется, что там слишком скучно.

— Мы можем сделать в ней ремонт.

— Всё равно не то.

— И что ты предлагаешь? Поменять дом?

— Нет, конечно. Может, я просто боюсь, что, когда ты вернёшься, мы снова начнём ругаться.

— Знаешь, – шепнул он, прижав её к себе, – я, кажется, придумал, как поменять твоё мнение. Кстати, ты завтра выходная?

— Да, – кивнула Света, пытаясь понять, к чему он клонит. – А что?

— Нет, ничего. – Никита улыбнулся. – Завтра увидишь.

Этот разговор начисто выветрился из её головы спустя минуту. И утром, привычно уже крадясь по дому, чтобы не разбудить Лёву, Света всё ещё была слишком далеко отсюда, под тёплым боком Никиты. Она шустро юркнула под одеяло и моментально заснула, успев подумать, что надо бы завести будильник: Алина должна вернуться к вечеру от подруги, и стоит что-нибудь приготовить, ведь Лёва наверняка всё съел.

Сон был слишком приятным, чтобы просыпаться. Горячие ладони скользили по телу, задирая майку, приятная тяжесть чужого тела придавливала к кровати, по шее неторопливо блуждали губы. Света потянулась, обхватила плечи Никиты, приподняла бёдра, помогая стащить штаны, и вдруг открыла глаза.

— Доброе утро, – улыбнулся он. Света тут же приподняла одеяло, убеждаясь, что ей не показалось, и он полностью обнажен. Никита сел, ловко снял её штаны, потянулся к майке, и Света, окончательно не проснувшаяся, послушно подняла руки.

— Лёва… – тихо начала она.

— Уже ушёл гулять. Сказал, что вернётся к вечеру. Кажется, они собирались на речку. – Никита почесал кончик носа, припоминая подробности разговора с сыном. – Я, кстати, пожарил рыбу и сделал салат. У тебя возмутительно пустой холодильник.

— Наверное, потому что у меня совершенно нет времени на готовку. – Света наконец улыбнулась и пробежалась ладонями по его груди. – Потому что после работы я прихожу к одному мужчине, который избавляет меня от голода.

— Даже так? – бровь Никиты изогнулась. – Мне надо начинать беспокоиться? Ведь твой единственный мужчина сейчас здесь, в своей постели.

— Не знаю, – протянула Света, – он очень хорошо жарит… рыбу.

— Ну, одну рыбу я уже пожарил, – хмыкнул Никита. – Пока ты спала. Думаю, надо реабилитироваться и отжарить… – его руки легли на бёдра, большие пальцы огладили выступающие тазовые косточки, – вторую.

— Форель? – Света выгнула спину, потёрлась сосками о его грудь.

— Именно. Розовая форель. Кстати, редкий вид. – Он наклонился к её шее, провёл по ней носом. – И очень вкусно пахнет, когда её… жарят.