Книга Пленница врага. Без права на прощение, страница 31 – Злата Зорич

Слёзы разом подступили к моим глазам — я должна была сейчас быть с Ником, а вместо этого снова оказалась в бегах. После всех этих бесконечных месяцев боли, бессонницы, одиночества — я наконец-то получила свой шанс. И тут появляется он и силой отрывает меня от любимого человека.

Машину немного занесло, но я быстро выровняла.

Алекс отвернулся к окну. Скорчившись, прижал руку к ране.

— Интересно, — хрипло выдохнул он, — что он теперь будет делать, после того, как я тебя увез...

Он усмехнулся, потом закашлялся.

— Пока не скажу — не тормози. Поняла?

Я молча кивнула. Каждый километр отдалял меня от любимого. И за это я ненавидела Алекса с каждой минутой все сильнее.

В голове непрестанно крутились мысли. Я перебирала различные варианты спасения. А что, если резко крутануть руль и попробовать вырвать пистолет? А может открыть дверь и выскочить на ходу? Успеет ли он в меня выстрелить? А если специально врезаться на скорости в какую-нибудь ограду? Он разобьется, меня спасет ремень… Спасет ли? А если дождаться, пока он потеряет сознание?

Я искоса посмотрела на него — лицо в поту, губы посерели. Он уже был на грани. Он не протянет долго. Нужно только выждать момент.

Я слышала, как его дыхание сбивается, становится всё более поверхностным. Голова снова и снова клонилась к плечу, потом он рывком выпрямлялся, будто пытался бороться с самим собой. С болью. С отключкой.

И всё это время пистолет был направлен на меня. Алекс слабел — но не отпускал. Даже в полубреду не терял хватки.

Но я все равно немного сбавила скорость, чтобы было легче рулить, если получится вырвать пистолет.

— Не вздумай, — хрипло сказал он.

Неужели он читает мои мысли? Или они всего лишь написаны у меня на лице?

— У меня ещё хватит сил... — добавил он. — Если попробуешь что-нибудь выкинуть — я тебе башку снесу. Поняла?

Я кивнула, а сама подумала про себя: ещё немного. Ещё чуть-чуть и он не сможет бороться. Он потеряет сознание и тогда...

— Лиза… — прошептал он вдруг.

Я вздрогнула. Он смотрел куда-то в мою сторону, но словно сквозь меня. Глаза остекленевшие, пустые.

— Лиз… — снова выдохнул почти жалобно. — Прости… я же… я хотел… Лиза…

У меня по спине пробежал холодок, потому что я поняла, что Алекс видит не меня, а какого-то совсем другого человека. Просил прощения у кого-то, кто давно уже его не слышит. У него что, начался бред? Может быть, он умирает?

Глаза у него закрылись. Рука с пистолетом дрогнула. Он застонал, резко втянул воздух.

— Не думай даже, — выдохнул он. Голос сорвался. — Я… я держу… тебя…

Даже сейчас — когда он почти теряет сознание, бормочет чье-то чужое имя, когда его кровь пропитывает сиденье, он не хочет меня отпускать.

Я продолжала прикидывать про себя: Сколько он продержится? Сколько у него осталось патронов? Сколько у меня шансов выжить, если я рискну?

Но всё это — лишь мысли в голове. На деле я ехала туда, куда он приказал.

Мы ехали уже долго. Слишком долго. Я чувствовала, как спина ноет от напряжения, как дрожат руки на руле, как темнота за окнами становится всё плотнее и плотнее, будто затягивает в себя, превращаясь в бескрайний, вязкий вакуум.

С того момента, как вы выехали из города, местность была мне совершенно не знакома. Я не знала, где мы. Не узнавала ни одной развилки. Машина мчалась в темноту, в неизвестность, а я просто держала руль. Дорогу заносило снегом.