Книга Оставь свою жалость для (себя) меня, страница 69 – Майя Тень

Образ этого брата сложить у себя в голове я не мог. Уверен, что это сводный брат, старший сын жены Игната Родионовича, сын от первого брака либо просто внебрачный сын — других вариантов просто не было. Этим и объясняется моя несведущность относительно данного лица — всё, что касается жены Игната Родионовича было жёстким табу. А для Лики? Когда они начали общаться? Сколько себя помню, до колледжа она ни разу не упоминала о нём.

У кого проснулись родственные чувства?

Что их пробудило? Как давно?

И, конечно, как человек, живущий не в мире розовых пони, главный вопрос: выгодна ли этому Михаилу смерть Лики?

Ход мыслей прерывает телефонный звонок.

Алекс.

Или Лика.

Обоих бы урыл, если честно. Ни словом не обмолвились о том, что ездили в город.

— Егор, прости, с утра голова болит, про телефон вообще забыл. У тебя всё в порядке?

— Понятно, хотел узнать, как у вас дела и сообщить, что Новиков будет проходить сразу по нескольким делам. А убийство Светланы еще расследуется.

Слышу сзади довольный голос Лики, что-то там щебечет про «Ой, это Егор? Как у него дела? Передавай привет».

Прямо до тошноты бесит это воркование, лживое насквозь. Что там у них, отношения с Алексом вышли на новый уровень, бывшие дебильные игры закончились? Теперь не с трепетом и страхом на него смотрит, а как кошка, объевшаяся сметаны, мурчащая от удовольствия? Удовольствия, сука! Честное слово, после сегодняшнего я б сам с радостью взялся б за ремень и оголил ее попу.

Так, надо остыть. Конечно, ничего такого я б не сделал. Во-первых, рука у меня явно тяжелее, чем у Алекса, а во-вторых, ну не создана Лика для такого. Погрозить пальчиком — максимум. Худенькая, маленькая, ее нежить и ласкать надо до одури. Ох, если б ещё мозги у неё были…

Немного остыв, возвращаюсь к делам. Лике я о брате вопросы не задал, да и вряд ли бы она что интересного ответила, значит, надо добывать адрес и наведаться к этому самому брату.

— Антон, — обращаюсь к следователю, — а пробей мне, пожалуйста, один адресочек.

… Обычная квартира. Конечно, не идет ни в какое сравнение с особняком Сарматовых. Достаточно чисто, опрятно — настолько, насколько это возможно в доме, где есть малыши-близняшки, только-только начавшие познавать мир. Женщина с небрежным пучком на голове мечется на кухне, немного стесняясь приглашает за стол и, словно извиняясь, проговаривает:

— Скоро Захар и Назар пойдут в садик, хотя бы себя и дом приведу в порядок. Извините, вы вот сюда присаживайтесь. Я чай поставила, с сушками будете?

Киваю в знак согласия, ставлю на стол торт, который купил по дороге.

Мария Андреевна — жена Михаила, продолжает расспрашивать:

— А вы, значит, мужем Лики скоро будете? Я ее, к сожалению, только на фотографиях в телефоне мужа знаю. Михаил показывал. Милая девушка. Муж говорит, что она приехала в родной город. Хотелось бы с ней познакомиться, она и Захара с Назаром ещё не видела. Вы пейте чай, я сейчас, только одни глазком взгляну на сорванцов. Знаете, когда они затихают, становится еще страшнее, чем когда кричат или дерутся.

Я тоже решаю взглянуть: на этот раз женщина волновалась напрасно, мальчишки спокойно строили что-то из «Лего».

— Будущие строители и конструктора? — стараюсь начать разговор непринуждённо, а вопросы про детей — для матери самое то.