Книга Взлетная полоса сердца, страница 19 – Айлин Грин

Почему думал сейчас? Возможно, потому что она стала первой в моей жизни, кто задал мне вопрос — чего я хочу на самом деле?

И она же стала первой, кому я захотел на этот вопрос ответить.

Но не успел. Потому что вмешался мой брат. Который внезапно стал проявлять к Каролине какой-то интерес. Возможно, этот интерес был профессиональным — точек пересечения в их работе было много. Каролина управляла полётами, Роберт занимался разработкой и изучением авиационных программ.

Но мне показалось, что в его взгляде появилось что-то большее… Возможно, только лишь показалось.

Но чувство того, что все на своём месте, что они оба — и Каролина, и Роберт — идут по тому пути, по которому хотят, заставляло меня вновь задуматься о своём будущем. И ровно в семь утра я отправил свой проект на конкурс. Надпись «отправлено» означала, что назад дороги нет. Но даже это не принесло облегчения. Внутри была пустота. Теперь проект стал не просто мечтой на бумаге. Теперь он превратился в заявку. В заявку на другую жизнь. И если у меня что-то получится, то мне придётся отказаться от той жизни, что у меня была. Пойти против отца.

Отказаться от мечты.

Его мечты.

Отказаться от неба, которое передали в наследство, не получив моего согласия.

Возможно, придётся даже уехать. Но это я слишком сильно забегал вперёд.

Я бросил взгляд на часы — опаздывал. В центр авиаподготовки. Взял сумку и прыгнул в машину. Решение не ехать на встречу к Марку пришло спонтанно. Как и желание расслабиться. И я знал отличное место, чтобы сделать это без зазрения совести.

Я припарковал машину у бара «Бескрайняя миля» — много слышал о нём от сокурсников, пару раз его упоминал Марк, а значит — место стоящее.

— Двойной виски со льдом, — попросил я официанта, едва ли успев присесть.

— Тяжёлая ночь? — сочувственно спросил он.

— Тяжёлая жизнь, — отмахнулся я и опустил взгляд, уставившись в телефон. Было странно ждать ответа так быстро, но теперь я знал, что обновлять каждые пять минут страничку с почтой буду до того момента, пока не придёт ответ.

Каким бы он ни был.

Второй стакан с виски. А после третьего мысли, наконец-то улетучились, уступив место гудящей в ушах тишине. Иногда легче стереть себя на время, чем признать, что ты запутался.

И плевать, что на часах всего восемь утра. Плевать, что я должен был быть не здесь — а там, где от меня ждут силы, решимости, уверенности. Там, где нельзя просто исчезнуть.

Бармен молча поставил передо мной стакан и посмотрел так, будто давно знал: рано или поздно каждый, кто слишком долго держится за чужие ожидания, приходит сюда — чтобы хоть на миг перестать быть тем, кем его считают. А я думал о том, как мне рассказать обо всём отцу. Марку. Как рассказать Каролине, что я не тот, за кого она меня принимает. Что я запутался в себе и своих ощущениях.

Опять перед глазами возник её образ. Навязчивый и яркий. Закрываю глаза — там она. Открываю…

— Что. Ты. Здесь. Делаешь?

Тоже она. Или мне мерещится?

Кажется, нет. Вот она стоит передо мной в синих джинсах и свободном белом свитере. Её светлые волосы собраны в высокий хвост, а голубые глаза удивлённо смотрят на меня.

— Сижу, — я даже попытался улыбнуться ей в ответ.

— Ты вообще в курсе, что тебя все ищут?

— Пусть ищут, — равнодушно выплюнул я.