Книга Взлетная полоса сердца, страница 39 – Айлин Грин

Я с тринадцати лет говорил им о том, чем хочу заниматься, успешно проходя те курсы, на которые меня отправляли. Я не сбивался с пути, не менял своих желаний. Закончил школу с отличием, поступил на факультет информационных технологий. И так же отлично продолжал учиться.

Порой у меня складывалось ощущение, что я существую фоном. Отец никогда не настаивал на том, чтобы я выбрал целью своей жизни авиацию, потому что для этой цели был Леон.

Брат, не оправдывающий надежд. Потому что ему вся эта авиация была не нужна. Но у семьи Нойманн должен быть наследник — тот, кто продолжит дело отца. Научится летать, а потом возьмёт на себя дела авиакомпании. И этим наследником, конечно, должен был стать Леон.

Долгое время я поддерживал его, считая, что он имеет право выбирать свою судьбу, а не следовать слепо указаниям отца. Но последнее время его поведение стало меня раздражать. Складывалось ощущение, что он по-прежнему бунтующий подросток, который не знает, чего хочет. На семейных ужинах огрызался, резко вставал из-за стола и куда-то уезжал.

Но больше всего меня раздражало его отношение к Каролине. Каждый раз, собираясь вместе, он вёл себя надменно и высокомерно. А она… Она явно не заслуживала такого отношения.

И тогда я рискнул. Стать первым хотя бы где-то. Первым пригласить её на обед. Первым улыбнуться ей.

И она ответила мне взаимностью. Я не позволял себе сделать ещё один шаг вперёд и пригласить её на свидание — настоящее, а не просто завтрак или обед, на которых мы обсуждали новые программы, техническое оснащение и работу вышки.

Мне казалось, что я спугну её, если буду настаивать на чём-то большем, чем дружба.

Я достал телефон и отправил ей сообщение:

«Сегодня как обычно?»

И в ответ получил улыбающийся смайлик и ответ:

«Да, только немного позже, задержусь на смене».

Отлично.

* * *

Я встретил её у здания аэропорта под крайне удивлённый взгляд:

— Решил устроить мне сюрприз?

— Просто захотел прокатиться, чтобы не терять время. А ещё краем уха услышал, что ты сегодня без машины.

— Да, поехала утром с отцом. Поэтому ты весьма кстати.

Она села рядом — тут же салон машины заполнил запах её духов.

— Как работа? — поинтересовался я. — Всё нормально?

— В целом, да, — она кивнула. — Но пока я всего лишь стажёр, ответственность не такая высокая. Не представляю, как буду справляться, когда останусь один на один с этими мониторами, приборами и самолётами…

— Думаю, что тебе не о чем переживать, — честно сказал я. — Это же ты.

— Считаешь, что я не умею ошибаться? — нервно повела она плечом. — Вот только ошибки недопустимы. Они могут стоить тысячей жизней.

— Не думай о плохом, — попросил я. — Ты же сама знаешь, что негативные мысли притягивают негативные события.

— Стараюсь не думать, но это не всегда легко даётся.

Мы доехали до кафе, так и не заметив дороги: говорили обо всём — о страхах, о работе, о том, как трудно быть человеком, от которого зависят чужие жизни.

— Чай или кофе?

Я спрашивал её об этом каждый раз, потому что так и не мог понять, что именно она предпочитает. Чаще всего она заказывала чай с мятой, но иногда брала и кофе… И я так и не смог уловить зависимость напитка от настроения или ещё какого-то фактора.

— Сегодня кофе. Пришлось знатно понервничать на работе. Нужно взбодриться. И надеяться, что не разболится голова.