Книга Его случайная малышка, страница 27 – Николь Келлер

Я за годы своей практики видела всякое-разное. Множество раз именно от меня зависела жизнь пациента. Меня не испугать видом крови и ранами.

Но почему-то сейчас меня охватывает волнение. Соберись, Майя. Псих — пациент. Просто пациент.

Меня охватывает злость на себя, и я уже в следующую секунду мысленно все отодвигаю в сторону и сосредотачиваюсь на порезе.

Антисептика, конечно же в этой аптечке нет, и я отправляю Шторма намочить влажные диски и протираю края. Каин напрягается и едва слышно выдыхает. Даже в такой ситуации старается сохранять достоинство и не показывать, что ему больно и неприятно.

Упрямый. Несгибаемый.

— Что случилось? — интересуюсь, пытаясь хотя бы разговорами отвлечь и облегчить боль.

— На нас напали.

Вздрагиваю и торопливо уточняю, продолжая обрабатывать рану:

— Кто?

— Я выясняю.

— Но.…Как это вообще возможно? Кто? За что? — вопросы сыплются один за другим.

А внутри растет неприятное чувство. Каина, человека властного и серьёзного, чуть не убили.

И это уже не шутки.

Что, если нам с Ясей тоже угрожает опасность?..

Трясу головой, буквально выгоняя все посторонние мысли и сосредотачиваюсь на порезе. Все не так плохо, как кажется. Но Каин потерял много крови — придется поставить капельницу.

— Просто неудачный день.

— Водка хотя бы в этом доме есть? — вскидываю голову на помощников.

— Что, решила принять для храбрости? — ухмыляется Псих.

— Очень смешно. Нет, я могу и не обрабатывать рану, зашью как есть. Ты только завещание составь и сорокоуст заранее закажи.

— Не дождетесь.

«Безымянный» молча приносит початую бутылку, и я щедро лью водку на рану и на инструменты.

— Сука, — выдыхает Каин в потолок. — Только продукт зря переводишь. Дай сюда бутылку.

— Лежи смирно. Алкоголь с антибиотиками не совместим. Так что в этом доме ближайшие десять дней действует сухой закон.

— Какими ещё антибиотиками? — тянет с подозрением Каин, впиваясь в меня острым, как скальпель, взглядом.

— Которые я буду тебе колоть, — гордо добавляю.

Мужики над моей головой напрягаются и тут же дружно отворачиваются в сторону. Подозрительно дружно.

— Без уколов никак? — без надежды выдыхает Псих. — На мне все заживает, как на собаке.

— Без уколов батюшка будет отпевать.

Каин стискивает челюсть, на скулах разгуливают желваки. Начинаю догадываться, в чем дело.

— Так, ты, — поворачиваюсь к Безымянному, — едешь сейчас в аптеку, покупаешь препараты по списку. Дайте ручку и бумагу.

Набрасываю стандартный перечень, отдаю парню. Шторма отправляю на улицу погулять.

— Неужели такой сильный и суровый мужчина боится уколов? — делаю первый стежок под шипение Психа.

— Мой личный триггер. Не будем об этом.

— Не будем — так не будем. Но ничего, у меня рука легкая.

— А так и не скажешь…, - с силой стискивает спинку дивана.

Я стараюсь максимально быстро и аккуратно зашить рану. Справляюсь как раз к моменту, когда привозят лекарства. Под недовольное пыхтенье пациента колю сразу антибиотик и обезбол, чтобы Каин мог немного поспать. Ставлю капельницу и креплю ее на торшере.

Убираю за собой, накрываю Психа пледом и отпускаю мужчин по домам. Наконец добираюсь до кухни и только тогда понимаю, как сильно такие простые манипуляции вымотали.

Завариваю чай с травами. Осторожно пью горячий напиток маленькими глотками, бездумно глядя в окно на красиво подсвеченный задний двор.