Онлайн книга «Пряник для Кнута»
|
— Клим! – окликают прокурора, и он оборачивается. Лысоватый мужчина в очках торопливо несёт к нам большую коробку. – Вот, успел… Снаружи ещё три! Выступаю вперёд и тянусь к коробке. — Я помогу. — Ты ещё кто? – глядя с подозрением, отступает мужчина. – Не трогай документы! — Пряник, – глянув на часы, нетерпеливо рычит Клим. – Бери коробку. Саша, неси остальные. Время! — Так ты нам помогаешь? Из новеньких? Такая спокойная! – радуется помощник прокурора и, передавая мне коробку, кивает на полицейских, входящих в зал. – Надо поторопиться. Уже ведут подсудимого! Невольно крякаю от тяжести и чуть приседаю, а мужчина уже бежит обратно и хватает вторую коробку. Я же приподнимаю ногу, пытаясь помочь себе коленом. — Так, ясно! – Кнут вырывает из моих рук ношу. – Все силы израсходовала, пытаясь сломать мне пальцы? Помощник прокурора подбегает со второй коробкой, из которой раздаётся что-то похожее на тиканье. Среди шума расслышать трудно, но у меня всегда был отменный слух. Это совершенно точно часовой механизм! — Ставь сюда, – велит Клим. — Стойте! – хватаю мужчину за рукав и указываю взглядом на коробку. – Оттуда… Слышите? Тик-так! Тик-так! Мимо, помахивая папкой, проходит женщина в сером костюме. Кажется, я видела её в комиссии по приёму. Услышав мои слова, дама испуганно вскрикивает: — Бомба? – И, отбросив бумаги, бежит к выходу. – Бомба! Там бомба! Полицейские переглядываются и быстро уводят подсудимого, а я без малейших сомнений прыгаю на Кнута, закрывая его своим объёмным телом. Последнее, что вижу – широко распахнутые глаза мужчины, а потом хруст коробки и… Тишина. А затем шуршание бумаг и раздражённый голос помощника прокурора, который не испугался и открыл злополучную коробку: — Нет тут бомбы. Будильник кто-то подкинул. Шутники, блин! Найду, кто это придумал, и засуну ему часы в… — Саша! – раздаётся ледяной голос Клима. – Вызывай скорую. А я горестно понимаю, что в первый же рабочий день разбила своё будущее. Точнее, сбила с ног, придавив всем своим немалым весом. Спровоцировала панику и сорвала процесс. Слышала, выгоняли и не за такое. Но хуже, что Кнут теперь точно меня возненавидит! Хочется рвать на себе волосы, умолять прокурора простить меня, но я знаю, что всё это бесполезно. Кнута не разжалобить, он лицо закона! Потому его обожают и ненавидят. Приподнимаюсь и, поправив пиджак, отрицательно качаю головой. — Не нужно скорой. Я не пострадала. — А вот я пострадал, – тем же тоном продолжает Клим и смотрит на меня снизу вверх, обвиняя. – Кажется, ты всё же сломала мне пальцы. Холодею… Так хрустнула не коробка? Александр, роняя ношу, в ужасе хватается за голову, и вокруг разлетаются листы. Ну и помощник! Я решительно достаю из кармана телефон. — Скорая помощь? Диктую адрес, а вокруг нас собираются зрители, и шепотки, доносящиеся до меня, не оставляют сомнений, что причина травмы прокурора известна всем. И от этого так стыдно, что едва могу сохранять невозмутимое лицо. «Сначала дождусь скорую, – убеждаю себя и внимательно слежу, чтобы никто к Кнуту не прикасался, а он сам не двигался. Ведь это может усугубить травму. – А уже потом полезу под плинтус, провалюсь под землю и посыплю голову пеплом!» Прокурора увозят на каталке, а ко мне приближается Киров. Да ещё с таким довольным выражением лица, что становится только хуже. Глянув на рассыпанные документы, мужчина хлопает меня по плечу и, наклонившись к уху, шепчет: |