Книга Божество в камне, страница 137 – Оксана Пелевина

— Глупый мальчишка, – рассмеялся мертвец и занёс над ним кинжал. Но вдруг он захрипел, опустив взгляд на грудь. Стоя за спиной оккультиста, кто-то воткнул кинжал, что выронил Калеб, прямо ему в сердце.

— Аааааа… – закричал Энцо.

Оккультист завалился на спину и рухнул на пол. Его крик, отражаясь от каменных сводов, заполнял весь зал. Не выдержав, Калеб зажал уши.

Он вспомнил тот день, когда Энцо умирал у него на руках.

— Прости…прости… – твердил Калеб, видя, как в агонии оккультист лишается жизни. И вот наконец его крик стих. Глаза закатились.

Подойдя к Энцо, Калеб закрыл ему веки.

— Теперь ты можешь уйти. Спи спокойно, Энц… отец.

Некромант поднял взгляд и лишь теперь увидел того, кто лишил жизни оккультиста. Неподалеку от него стоял неизвестный ему мужчина. То был Томмазо Беллармин.

Но не успел инквизитор произнести и слова, как на него накинулись сразу трое оккультистов. Вцепившись в Беллармина, они с дикой, нечеловеческой силой тянули его в разные стороны, растягивая, словно на дыбе. Инквизитор кричал и завывал от боли, что прежде на касалась его чресел. И спустя долгие минуты пыток оккультисты разорвали беднягу на несколько частей. Инквизитор умер не сразу. К его неудаче, тело, лишённое конечностей, прожило ещё пару минут, ставших самыми мучительными в его жизни.

Тем временем Мадлен сумела вырваться из плена видений. Открыв глаза, она, пошатываясь, поднялась на ноги. В голове вновь зазвучал уже знакомый голос.

«Ты видела будущее, провидица, оно неотвратимо».

— Я не позволю этому свершиться. То, что я видела, ужасно. Такое будущее несёт боль и потери.

«Ничего уже не изменить».

Горло Мадлен сдавила невидимая ладонь, что-то холодное проникло в её грудь, сжимая сердце. Дар, что был подвластен Абраксасу, действовал по его воле. Завеса исчезала на глазах. Мадлен мучила себя, напрягаясь, пыталась выбраться из оков древнего божества, но в душе знала, что она слишком слаба для этой дуэли. Физические силы быстро покидали девушку, Абраксас вытягивал из неё всё до последней капли. Задыхаясь и корчась от боли, Мадлен перестала сопротивляться. «Я больше не могу… Мне не одолеть Абраксаса. Вероятно, всё это время я была слишком беспечна, считая, что могу противостоять тому, кто родился раньше самого времени. Теперь я это понимаю».

И вдруг по пещёре пронёсся раскат грома: то порвалась завеса между мирами. Стоявший у самого края Анри пошатнулся. Один из оккультистов толкнул короля в спину, и Анри упал, исчезнув в хаосе.

— Нет! – До конца не понимая, что делает, Мадлен рванула вперёд.

Где-то за спиной раздался отчаянный крик Калеба, но она уже не могла обернуться. Её тело пересекло черту и оказалось за границей вечности…

Здесь, за завесой, казалось, не было ничего, кроме миллиардов миров, яркими вспышками загорающихся и гаснущих каждую секунду.

Мадлен стояла на ногах, но не видела под собой ни земли, ни уступа. Рядом с ней стоял Анри. Они видели, как издалека к ним приближается тёмный неясный силуэт.

— Это он, – прошептала Мадлен, – Абраксас.

— Значит, сейчас он и заберёт моё тело, – обречённо произнёс король.

— Но, когда это случится, вы перестанете быть собой. – Сердце девушки сжималось от одной только мысли о том, что Анри, её Анри вскоре мог исчезнуть навсегда.