Книга Его чужая истинная, страница 63 – Анна Владимирова

Остатки тепла в его глазах остыли и канули во тьму. А я вдруг понял, что Мальва нужна мне именно для этого – хранить тепло в моих глазах, спасая от неминуемого холода тьмы, с которой приходится считаться, расплачиваясь за силу.

Я даже забыл, о чем говорил отец только что. Ах, да! О том, что я больше не являюсь тем, на кого он может положиться.

— Я пройду через твой номер на выход? – спросил я.

— Нет, – качнул он головой и покинул балкон, закрыв за собой двери.

Справедливо.

Мне не стоило кормить грань всю ночь своими эмоциями, растрачивая силу попусту. Но иначе я бы бросился к Мальве…

Пошел дождь. Я оперся на стену и сложил руки на груди, намереваясь дождаться, когда сил станет достаточно, чтобы спуститься отсюда. Так даже лучше. Отец прав – на сегодня я проиграл. Только все мое существо казалось бездонной черной дырой, в которую бесконечным потоком лилась тьма, стоило подумать о том, что Мальва спала сегодня с другим.

Просить у Сэта прощения?

Я лишь сцепил зубы, сжимая руки в кулаки. Нельзя оставлять ему Мальву и перестать за нее бороться. Он использует ее, причинит боль, и виноват в этому буду я.

Когда силы хватило на короткий бросок, я рухнул в пустом холле нижнего этажа и, тяжело поднявшись, направился на улицу. Что делать – понятия не имел. Дождь не остужал воспаленных нервов, и я начал думать об убийстве Сэта. Вряд ли он сильней. Тем более подбитый. Он там с моей избранной, делает все, что захочет…

Я сцепил зубы и подставил лицо под капли дождя, пытаясь отогнать очередной прилив бесцельной ярости.

Зря я не спросил у отца причины, по которой у Сэта есть повод его ненавидеть. У Правящего кто-то погиб по вине отца? Насколько далеко оборотень может зайти в своей мести? Угрожает ли он Мальве? Надо бы с ним встретиться еще раз…

И тут я почувствовал, что кто-то на меня смотрит. Открыв глаза и покрутив головой, я замер, заметив инвалидную коляску у подножия лестницы.

Арран смотрел на меня изучающе, спокойно. Ни ненависти в его взгляде не нашлось, ни отвращения… ни боли.

Что мне было терять? Я спустился к нему:

— Тебе помочь?

— Здесь есть лифт для инвалидов, – спокойно сообщил он, будто мы говорили о чем-то обыденном.

Будто вообще могли говорить.

— Зачем ты здесь? – напряженно спросил я.

— Отец попросил приехать. Я так понял, планируется семейный ужин…

— Ну да, семейный, – усмехнулся я.

— Что случилось? – насторожился Арран.

— Ничего, – ответил я и всмотрелся в брата пристальней. – Как ты?

Арран внимательно на меня посмотрел, грустно улыбнувшись:

— Сносно.

— А подробнее?

— Правда хочешь знать? – вздернул он бровь, усмехаясь.

— Правда.

Мы помолчали немного, привыкая к новому повороту наших отношений. Неожиданно вышло.

— Учусь на хирурга в Питере, – ответил он. – Даже получается. А ты?

— Я… – Усмехнулся. – Все так же.

— Амал, – слабо улыбнулся Арран и замолчал, будто прислушался к звуку моего имени, прозвучавшему между нами впервые за долгое время. – Что с Мальвой? Отец не говорит, но, как я понял, с ней какой-то переполох произошел?

— Да. Я ее подставил, как оказалось, под беду. Но ее спасли. И теперь она в чужих надежных руках.

И я опустился на ступени, оказываясь с братом на одном уровне, глаза в глаза. Арран вздохнул, на мгновение опуская взгляд: