Книга Аромат Смерти, Страсти, Любви. Нужное подчеркнуть, страница 24 – Анна Владимирова

— Все хорошо, Каролина?

— Да, спасибо.

— Прошу вас, присаживайтесь!

Он изящно подхватил поднос со стола, открывая мне чудесный вид на приготовленный ужин. Стол оказался сервирован только на меня одну.

— А синьор Даррэйн? — как можно равнодушнее спросила я, садясь в свое кресло. Моего контракта на столе уже не было.

— Синьор пока что не выходил из кабины, — с готовностью отозвался Бернард, — мне позвать его?

— Нет-нет, — замотала головой, — в этом нет никакой необходимости…

Кивнув, он удалился, оставив меня то ли обедать, то ли ужинать, в одиночестве.

Ужин оказался таким же шедевром, как и все вокруг. Теплый салат с мясом какой-то птицы, но точно не курицы, и различными орехами с кисло-сладким соусом, жареные в чем-то невообразимом по вкусу гренки и десерт, похожий на самый лучший в моей жизни тирамису, только со светлым бисквитом и изумительно нежной ванильной прослойкой.

Закончив с ужином, я решила пересесть на диван, и теперь наслаждалась чаем и видом из противоположного иллюминатора. За ним солнце садилось в малиновый пудинг облаков, обволакивая меня умиротворением и теплом. Сама не заметила, как сползла вслед за его лучами по спинке дивана, обняла подушку и провалилась в сон.

Очнулась от того, что меня кто-то тихо звал. Оторвала тяжелую голову от подушки и приподнялась на диване.

— Каролина, — услышала голос Бернарда, — мы прилетели.

Протерла глаза и села. Гул двигателей все еще не стих, но иллюминатор подсказывал, что мы уже едем по полосе.

— Решили вас не будить до самой посадки, — улыбнулся помощник моего босса. Значит, Даррэйн так и не возвращался. Может, я все же провалила его тест, и это он так расстроился?

Зябко обхватила себя за плечи и кивнула:

— Спасибо.

Посадки я почему-то никогда не боялась, но объяснять своей аэрофобии, что риск разбиться в момент посадки такой же, как и в момент взлета, я не спешила. Странная она у меня.

Тем временем Бернард удалился, а самолет наконец замер. Я разглядывала суету на поле, когда вдруг услышала голос Грэгхана:

— Как себя чувствуешь?

Вздрогнула от неожиданности и повернула к нему голову. Похоже, что по итогу дня мы все же перешли на «ты». Вернее, сделал это пока что только он. Я еще не определилась в этом вопросе.

Он стоял в проходе и как будто не решался ко мне приблизиться.

— Отлично, спасибо, — кивнула сдержанно.

За его спиной послышался звук открывающейся двери и громкие голоса. Я уже потянулась к своим пакетам, когда услышала:

— Каролина, мы в Эдинбурге.

Я так и застыла с повисшей в воздухе рукой. Что-то мне подсказало, что мы не случайно сюда залетели, и что это не просто временная остановка по каким-нибудь срочным делам. Ну что там у людей с такими самолетами может вдруг случиться? Документы какие-нибудь забрать, или сходить на какую-нибудь премьеру…

Я молча встала, так и не взяв вещей. Он следил пристально за мной, готовый, похоже, ко всему.

— И почему мы в Эдинбурге? — осторожно начала я с очевидного вопроса.

— Этого требуют правила, — ответил он, — никто не должен знать о том, где ты. Для остального мира ты улетела в Рим.

— Ваше вранье никак не способствует налаживанию нашего сотрудничества, синьор Даррэйн, — выпалила возмущенно, пытаясь удержать его взглядом на достаточном расстоянии. — Откуда мне знать, что у вас в голове?!