Книга Рабский ошейник, страница 6 – Юлия Буланова

Вики же брала молодостью, красотой, сексуальностью, тем, что она родила двоих ристаров и может родить ещё парочку, если этого захочет её энэри. Они соревновались за внимание моего отца, постоянно ругались, устраивали шумные ссоры и тихие подставы. А отец с удовольствием наблюдал за этим шоу.

Я часто ловила его довольную улыбку, когда его женщины кричали друг на друга. Какое-то время меня не сильно касались эти разборки. Когда же родилась моя сестра, у аэли появился повод чтобы уязвить мою маму. Ведь она, тоже, родила девочку. Но Лагерти — ристар, а значит, во всём превосходит ребенка соперницы.

Когда был рядом мой отец, Вики искала повод сказать мне что-то неприятное, обесценить любое достижение, переключить внимание отца с меня на Лагерти. А потом родился сын и наследник Данвен. Я поначалу пыталась доказать, что чего-то стою, но быстро поняла, что это невозможно. Потому что никакие мои победы сейчас не могут сравниться с тем, чего непременно достигнут сестра и брат в будущем.

Даже когда на соревнованиях я победила трёх сверстников-ристаров, двое из которых вообще мальчишками были, удостоилась лишь холодного: «Ты победила всего троих и ждёшь похвалы? Ранвейг, представители рода Истали должны побеждать всегда и везде. Быть лучшими. А ты способна лишь ценой невероятных усилий вырваться с последнего места в групповом рейтинге. Да, и то, думаю дело было в несерьёзном отношении к соревнованиям твоих соперников. Считаешь это победой? Это позор. Твои брат и сестра, когда станут старше, покажут, как нужно нести имя нашего рода.»

Данвен и Лагерти были лучше меня, просто по определению. Так считала даже моя мама. Она никогда не защищала меня, не хвалила и постоянно стыдила за то, что я родилась не ристаром. Хотя если все будут рождаться ристарами, мы же вымрем. Союз двух ристаров всегда бесплоден. Поэтому важны все.

Тэнгир думает… думал, что моя мать вымещала на мне злость за то, что не может уйти от отца. Так странно вспоминать о Тэнгире в прошедшем времени. Но ничего. Это ненадолго. Совсем скоро мы вместе будем мертвы.

Мужчина заговорил. И я отвечала. Надо отвечать, если спрашивают. Тогда не так больно. Тогда не бьют. Я и не заметила, когда он достал из кармана браслет — пару моего ошейника, защёлкнул на своём запястье и активировал его. По моему телу прошла судорога не то боли, не то удовольствия.

И я окончательно сломалась. Захотела убить. Его. Себя. Всех… абсолютно всех людей в этой шшатовой системе. Мне доводилось спасать жизни. У меня на руках умирали. Но никого и никогда я не убивала.

Никого и никогда я не хотела убить.

До этих самых пор.

И в какой-то момент мне показалось, что у меня есть шанс. Он не ждал удара. Но мужчина-ристар намного сильнее обычной ракшаси.

Те несколько минут, необходимые для активации, меня осторожно, но твердо прижимали к грязному полу. И это было особенно унизительно. Он даже усилий не прилагал, чтобы зафиксировать моё тело. А потом меня пронзило разрядом боли.

— Не думай, — приказал мужчина. — Не думай о том, что хочешь навредить мне, себе или другим людям. Просто дыши и не думай. Пожалуйста. Я не хочу, чтобы тебе было больно. Дыши. Девочка, дыши!

Дышать не получалось. Как не получалось не думать. Мир начал меркнуть. Это порадовало. Может быть, все наконец-то кончится? Боль отступила и перед тем, как потерять сознание я смогла сделать короткий вдох.