Книга Тень землянки, страница 62 – Алла Железнова

И сны действительно были сладкими. Всему виной испорченная любовными романами фантазия. Однозначно.

Анна

Следующее мое пробуждение было очень внезапным и ошарашивающим. Плечо обожгло острой болью, сравнимой с укусом затаившегося зверя. Я вскрикнула, подскочить мне не позволила крепкая хватка кхагарта. Но спустя некоторое время боль ушла довольно быстро. Диар убрал пасть с образовавшейся раны и облизнул клыки раздвоенным языком. Двенадцать аккуратных отверстий не сочились кровью, их тут же затянуло корочкой струпа, в чем я смогла убедиться сразу, как только машинально коснулась места укуса рукой. Диар навис надо мной, словно жуткий веном из старых комиксов.

— Что ты творишь?! – зашипела я злобно, но мой голос отчего-то прозвучал очень уж жалко.

— Это необходимость.

— Что? Какая необходимость? Без предупреждения? Моего согласия, в конце концов! – приподнялась я на локтях, смело заглядывая ему в глаза.

— Самая непосредственная, – отстранился Диар немного. – Ты бы сопротивлялась, кричала, препятствовала.

— Разумеется! Это дико! – в одно мгновение я осеклась, перестав возмущаться. Что-то изменилось. – Я… тебя почти полностью понимаю. Без жестов.

— Неужели? – усмехнулся ящер. – Так что значит «чудовище»? – уточнил он вновь на английском с иронией и нетерпением.

— Ша’ар-р-ким, – произнесла я медленно это слово на кхагартском, все еще недопонимая, каким чудесным образом расширился мой словарный запас.

— Не сомневался, – Диар отстранился и оперся спиной о переборку.

Я молчала, потирала место укуса слегка раздраженно и озадаченно. Мне уже легче дается этот тяжелый язык. Магия крови? Мамочки, не забыть бы свой родной теперь и рассудок не потерять.

— Зачем ты это сделал? – вновь пристала я, сурово нахмурив брови, как только смогла взять себя в руки.

— Захотел, – ответил ящер холодно.

— Что значит – захотел? Я же не вещь какая-нибудь! – потом резко сменила тон на обманчиво-спокойный, зло прищурив глаза. – Ну, конечно. Хищники же не могут совладать со своими дикими повадками и инстинктами. А я-то думала, что в тебе есть хоть что-то сродни цивилизованности. Как бывают обманчивы первые впечатления.

— Высказалась? – оскалился кхагарт.

— Только начала!

— Продолжай, милая, – прикрыл он глаза.

— Не вздумай меня игнорировать, – возмутилась я его усмешкой, шипя хлеще гремучей гадюки. «Очаровательный» язык.

— В противном случае я выйду из себя, и тогда мне действительно придется тебя сожрать, – приоткрыл он один глаз на мгновение, одаривая убийственно тяжелым взглядом. – Я очень давно не ел свежего мяса.

Мерзость! Он сравнил меня с едой? Воображение разыгралось, к горлу подступил тошнотворный ком. На четвереньках подползла к ионной раковине.

— Ханна, я пошутил.

— Меня зовут Анна.

— Я так и сказал.

Гр-р-р! Это он рычит или я? Кажется, я. Плохо дело.

Спустя минуту молчания, сидя к нему спиной и понуро опустив плечи, я обратилась к нему:

— Райсан Диар.

— Со?

— Я так больше не могу. Мне кажется, я с ума схожу.

— У тебя женские дни. Тебе ли не знать, что это нормальное явление?

— Ты так смело со мной говоришь об этом, – развернулась я, перехватывая взгляд желтых глаз, наблюдавших за мной. – У меня на родине так не принято.

— Не принято общаться о естественном?

— Не принято обсуждать это с незнакомой особью… мужского пола.