Книга Женщина, создавшая короля. Книга 1, страница 106 – Ким Чжи Ын

Главный евнух стоял неподвижно, лицо его не выражало ничего, но покрасневшие уши разоблачали напряженную попытку сохранить хладнокровие.

— Допустить кого-то с оружием в покои короля… не вы ли с придворными дамами – изменники?

У не успел договорить, как евнух рухнул на колени и распластался на полу:

— Ваше величество! Это ложь! Клевета! Клянусь, я действительно ничего не видел!

Мён, опиравшийся на подлокотник трона, поднял руку к виску. Морщина, пересекавшая его лоб, стала глубже.

— Как и сказал У, меч был длиной в два ча. Как ты мог его не заметить?

— Э… Это… Я и сам не знаю, ваше величество! Возможно… возможно, он спрятал его под одеждой. Иначе как объяснить, что ни я, ни придворные дамы ничего не увидели?

— В этом есть резон, ваше величество. Меч, спрятанный под одеждой, могли и не заметить.

У, наблюдая, как министр по делам чиновников торопливо бросился на защиту лжеца, едва заметно приподнял уголок губ в кривой усмешке:

— Похоже, у вас есть опыт.

— Что вы хотите сказать?

— Вы говорите с таким знанием дела, будто и сами когда-то прятали оружие, входя к королю.

Лицо министра по делам чиновников в одно мгновение исказилось, напомнив маску якши:

— Принц Мухон! Что за возмутительную чушь вы несете?!

— Раз знаете, что это чушь, лучше промолчите. Не то заговорите не к месту, и я сам позабочусь, чтобы ваш рот больше не открылся.

От одного лишь взгляда У, острого, словно клинок, министр задрожал и отступил на шаг назад. И тут первый заместитель главы государственного совета, до сих пор хранивший молчание, тихо произнес:

— Какая дерзость – угрожать министру при его величестве…

— Речь об убийстве моего отца. Лишь его величество может обвинить меня в дерзости.

Произнеся эти слова спокойно и холодно, У медленно поднялся на ноги, и никто из придворных не посмел упрекнуть его за то, что он осмелился встать с колен.

— Ваше величество.

— Говори.

— Если главный евнух утверждает, будто я мог спрятать меч под одеждой, прошу позволения вызвать другого свидетеля.

— Другого свидетеля?

— Того, кто, как сказано в записях, доставил меня в Ведомство справедливости и законов и поместил в темницу.

Серебряный кинжал упирался в горло, и лезвие уже задело кожу: по белоснежной шее скатилась капля алой крови.

— Кто пойдет?

Решимость принцессы повергла придворных дам в растерянность, и они замерли перед ней, переглядываясь.

Происходящее казалось чистым безумием. Разгневанная тем, что ее не выпускают из покоев, принцесса внезапно направила кинжал на себя. И теперь с отчаянной настойчивостью утверждала, что должна передать некую весть, от которой кровь застынет в жилах. Пока служанки растерянно переминались с ноги на ногу, старшая придворная дама, набравшись храбрости, сделала шаг вперед.

— Ваше высочество, умоляю, не делайте этого. Мы всего лишь исполняем высочайший приказ его величества – никого не выпускать из покоев. Прошу, не гневайтесь на нас!

Глядя из-под полуопущенных ресниц, она словно говорила без слов: «Прекрати эти глупости. В них нет смысла».

Дам сжала зубы. Чего-то подобного она и опасалась. Этих людей не пронять простой угрозой. Но ведь и она не стала бы устраивать представление ради пустого устрашения.

— Потому я и говорю: раз уж вы не выпускаете меня, пусть пойдет кто-нибудь другой. Пусть выйдет и объявит, что убийца его величества – здесь. Что это я, принцесса Чхонхэ, – убийца.