Книга Женщина, создавшая короля. Книга 1, страница 35 – Ким Чжи Ын

Он знал, какой тяжестью давила на нее вина. Но после десяти лет разлуки видеть ее даже на расстоянии вытянутой руки было невыносимо, и он сделал шаг вперед, чтобы снова сократить разделявшее их пространство.

— Эта рана совсем не болит. По сравнению с тем, что я сделала вам, это пустяк. Не нужно ни извинений, ни благодарности. Я не имею права слышать их от вас… Ох!

У внезапно поднял ее подбородок и накрыл ее губы своими, не давая договорить. Он не просто не хотел слышать ее слова. Он хотел, чтобы она совсем забыла, что собиралась сказать. И лишь спустя долгое время он наконец отстранился.

Похоже, это подействовало: Соха стояла ошеломленная, растерянно подбирая слова.

— Почему?..

— Просто захотел.

Его короткий и предельно прямолинейный ответ оказался настолько неожиданным, что Соха лишь хлопала глазами, прежде чем наконец обрела дар речи.

— Нет, подождите… Вы вообще слышали, что я только что сказала?

— Слышал. Потому и сделал это.

— Что?..

— Показалось, что нужно капнуть слюной.

Похоже, Соха так и не поняла смысла его слов: она все так же хлопала глазами в недоумении. Любуясь ее растерянностью, принц усмехнулся.

— Ты же сама только что сказала: если помазать слюной, рана быстрее заживет.

— Но я говорила о физических ранах…

— А потом своими же словами снова ранила себя. Так что я решил, что должен помочь заживить и эту рану.

Когда У снова приблизился, собираясь поцеловать ее, Соха мгновенно закрыла его губы ладонями.

— Подождите! Подождите хоть немного! Ведь именно я нанесла вам эту рану… Нет, даже не это главное… Разве вы не ненавидите меня? Разве не держите на меня зла? После того, как получили то письмо… После того, как я вонзила в вас клинок… Ах!

Не договорив, Соха вскрикнула от неожиданности. У не ответил. Вместо этого он легко лизнул ладонь, зажавшую его губы. Девушка попыталась отдернуть руку, спасаясь от странного пронизывающего ощущения, пробежавшего по всему телу, но У уже крепко держал ее. Его горячее дыхание окутало ее пальцы, и он тихо произнес:

— Здесь, на твоей ладони, остался отчетливый след того, что ты пыталась спасти меня. Как же я могу тебя ненавидеть?

Десять лет назад, когда она вонзила в него клинок, тот же клинок оставил след и на ее ладони. У, словно одержимый, снова и снова касался губами этого шрама. Ему было невыносимо даже думать о той боли, которую Соха тогда пережила. Он знал, как отчаянно она сдерживала себя, чтобы не выдать свою муку. Но больше всего его сердце разрывала мысль о том, что рана на ее теле – ничто по сравнению с той, что разорвала ее нежное и доброе сердце. Он хотел лизнуть рану, чтобы вылечить, стереть этот след. Если бы он только мог, он бы по-настоящему исцелил ее.

У не отпускал ее руку, пока Соха не прошептала, умоляя:

— Хватит… пожалуйста.

— Если даже это для тебя слишком, боюсь, дальше будет сложно. Я ведь сдерживаюсь, хотя больше всего на свете хочу осыпать тебя поцелуями с головы до ног.

Соха резко задержала дыхание и взглянула на него изумленно. У не сдержал усмешки.

— Ты совсем не изменилась. Раньше, когда тебя что-то удивляло, ты всегда так делала: замирала и задерживала дыхание, пока щеки не начинали краснеть. А мне это…

«Казалось таким очаровательным, что я не раз дразнил тебя за это». – У не закончил фразу – просто снова притянул ее к себе, заключив в объятия.