Книга Миссия попаданки: выжить в роли злодейки!, страница 41 – Ли Лит, Лека Стар

Брыкаясь, Шуйсян больше выставляла себя на посмешище, чем поднималась.

«Злость не помощник», — Цияо качнула головой и завертелась в поисках белого «хвостика». Но того нигде не оказалось.

— Ты за это ответишь! — взвизгнула Шуйсян.

«Упустила, — с сожалением вздохнула Цияо. — С одной стороны, всё равно кто, а с другой — к вечеру до Лин Сяо дойдут слухи о жесточайшем разносе тигрицы на территории нарцисса».

Меньше всего хотелось в очередной раз контактировать со злым Лин Сяо. В гневе он… немного, совсем чуть-чуть теряет холодность и становится очень опасным для жизни. А жизнь Цияо дорога. Второй… Третьей у неё не будет. Ещё никому так не везло.

«Только героиням сюжета про перерождение в стотысячный раз в одни и те же ямы со смертельным исходом спустя три минуты повторной жизни».

— Его Величество разберётся с тобой! — с помощью служанок Шуйсян поднялась. — От тебя мокрое место останется! Нет! Даже его не останется!

— Как неприлично, — для усугубления сложившейся ситуации Цияо прикрыла глаза и отвернула голову.

Ничего неприличного от Шуйсян не прозвучало. Никто не слышал. А после ответа Цияо и отхождения от ступора, кто покраснел, а Шуйсян из нарцисса стала маком с раздувающимися ноздрями и хлопающими губами, не в силах совладать с собой и вынести мощную, убийственную тираду тигрице.

Приглушённый смех раздался в кустах. Оттуда же шелест, словно человек не удержался и упал.

Смех стал спусковым крючком. С криком и кулаками Шуйсян кинулась на Цияо.

Уворачиваясь от тумаков и мешающихся под ногами служанок, которые то ли останавливали наложницу, то ли ловили благородную супругу. Последняя героически уходила от всех цепких пальцев, ударяя хлёстко и несдержанно по рукам, от души наступала на чужие ноги и вдоволь слушала вскрики, постанывания, возгласы и, конечно же, ругань воспитанной до жемчужного блеска наложницы Шуйсян.

Мельком Цияо видела, как пригнувшись человек, а именно девушка, в кустах дала дёру.

«Хорошее решение!»

— Что здесь происходит?! — тонкий крик в миг остановил неразбериху, по итогу которой втянуты оказались все. Инхуа поспешно стала приводить себя в порядок, Моли присела, Шуйсян из статуи превратилась в растаявшую не до конца сахарную фигурку.

— Ваше Величество! — навзрыд окатило двор.

Тряхнув рукавами, Цияо сложила руки на груди. Она ничего не нарушила. Из последнего её просили не нести чушь, а не отстаивать имя, честь, достоинство.

«По взгляду… — Цияо смотрела на мрачного, как грозовое и до смерти опасное облако, Лин Сяо, рядом с которым неизменно топтался евнух Шу. — Прольётся кровь. И похоже, благородная. Тигриная».

— Она напала на меня! — Шуйсян побежала к Лин Сяо.

Лин Сяо осматривал масштабы бедствия. А посмотреть было на что: растрёпанные девушки пытались привести себя в порядок и при этом сильно не двигаться, чтобы не разгневать Императора ещё больше. Опрокинутые каменные вазы, разлитая вода… И целёханькая, розощёкая тигрица, смотрящая без страха.

— Без слов напала, ударила! — Шуйсян металась перед Лин Сяо, не обращающий на неё внимания. — Я ничего не сделала, чтобы меня били! Ху Цияо обнаглела, забыла своё место!

«Как стелет-то».

Ни одна живая душа не думала сказать ни слова правды. Кто бы не отказался столкнуть с пути сильного противника?